«Если представить область без нынешних строек, то это будет глубокая депрессия»

Губернатор Амурской области Александр Козлов — о том, как выйти из кризиса за 866 млрд рублей

Андрей Уродов
6 июня 2016
Губернатор Амурской области Александр Козлов
В Приамурье идёт «стройка века»: «Роскосмос» принимает космодром «Восточный», «Русгидро» заканчивает работы на Нижне-Бурейской ГЭС, «Газпром» и СИБУР планируют развернуть в регионе свои перерабатывающие мощности, а на границе с Китаем проектируют мост через Амур. Глава Амурской области Александр Козлов рассказал DV, как китайцы подсели на русские продукты, зачем переезжать в Благовещенск и как убедить промышленников инвестировать в регион в кризис

Территории опережающего развития Приамурья планируют привлечь инвестиций на 866 млрд рублей. В область приходит колесо индустриализации, говорит глава региона Александр Козлов. По его словам, Амурская область без этих проектов была бы в глубокой депрессии. Он считает, что главная задача — сохранить область без потрясений до того момента, когда заработают крупные производства и пойдут налоговые поступления.

Полпред президента в Дальневосточном федеральном округе Юрий Трутнев оптимизма губернатора не разделяет. Он раскритиковал низкие позиции регионов Дальнего Востока в национальном рейтинге инвестиционной привлекательности. «Самое плохое положение у Амурской области — 73, ниже почти некуда падать», — сказал Трутнев по итогам апрельского совета с главами регионов в Петропавловске-Камчатском. Темп снижения реальных доходов населения за последний год достиг 13% — это самый резкий спад по Дальнему Востоку. Судя по всему, крупные проекты в Приамурье сталкиваются со сложными социально-экономическими реалиями.

35-летний Козлов пришёл в политику из угольной промышленности. Во время учёбы в Москве, куда он приехал из Южно-Сахалинска, Козлов устроился юрисконсультом в «Дальвостуголь». На тот момент ему было 19 лет. Через четыре года возглавил филиал «Росугля» в Ростовской области, а еще через два — переведён на пост гендиректора «Амурского угля» в приамурском Райчихинске. Предприятие было градообразующим, поэтому Козлов тесно работал с администрацией области и вскоре получил приглашение стать министром жилищно-коммунального хозяйства региона.

Проработав три года министром, Козлов становится мэром Благовещенска. Через полтора года, в сентябре 2015-го, Козлов официально вступает в должность губернатора — он самый молодой губернатор России. Козлов считает, что глава региона должен опираться на крупные предприятия и поддерживать сельское хозяйство. Правда, сам пока не планирует брать один гектар в пользование. По словам губернатора, его основная задача — это «решение проблем на местах». Он часто отправляется в рабочие поездки по области, чтобы оценить масштабы проблем, и не боится судиться с федеральными структурами из-за разбитых дорог. «Правда же на нашей стороне», — говорит он.

О том, чем хороши масштабные стройки, сколько китайцев он ждёт в гости и почему надо помогать «Газпрому», Александр Козлов рассказал DV.

Александр Козлов

Губернатор Амурской области

Родился в 1981 году в Южно-Сахалинске. Окончил Московскую академию предпринимательства при Правительстве Москвы по специальности «Юриспруденция».


2000 г. — Устроился юрисконсультом в компанию «Дальвостуголь»


2004 г. — Возглавил один из филиалов «Росугля» в Ростовской области


2008 г. — Директор филиала ОАО «Русский уголь» в Благовещенске


2009 г. — Генеральный директор ООО «Амурский уголь»


2011 г. — Министр жилищно-коммунального хозяйства Амурской области


2014 г. — Мэр города Благовещенска


2015 г. — Губернатор Амурской области

 — Вы фактически возглавили регион больше года назад. Что удалось успеть за это время?

— Когда ты заступаешь на новое место, то работаешь с ранее принятыми решениями и с командой, которая находилась на распутье: либо остаться с новым губернатором, либо перейти на другое место работы. Это создает трудности. Что нам удалось сделать? Мы закончили 2015 финансовый год без потрясений и даже снизили кредиторскую задолженность с 700 млн рублей до 148 млн.

Мы очень плотно занялись нашей кредитной историей. Из 30 млрд рублей кредитов раньше 20 было коммерческих и 10 — бюджетных. Коммерческие ставки — от 13 до 17%, а бюджетная — 0,1%. Мы перекредитовали 10 млрд коммерческих в бюджетные. Теперь у нас под ставку 0,1% уже 20 млрд, а 10 млрд — под разные проценты. Постараемся перезаключить их под ставку Центробанка в 11%. Так мы сэкономим 6%, или 300 млн рублей в год. Планируем продлить срок по этому кредиту на 20 лет.

Нам удалось выполнить показатели, принятые прежним руководителем. Несмотря на то, что бюджет утверждался в 2014 году, на него легли сложности, связанные с кризисными явлениями, но это не повлияло на доведение его до логического завершения. В 2016 году мы приняли социально направленный бюджет, его поддержало большинство членов Заксобрания. Это большая работа, когда ты постатейно распределяешь расходы, за каждой цифрой стоит конкретный населенный пункт или отрасль. Мы справились.

— Ваш предшественник, Олег Кожемяко, возглавил Сахалинскую область. Каким достался регион вам?

— Я не согласен со словом «достался». Есть переходящее сальдо, по терминологии бухгалтеров. Если мы рассматриваем регион только с позиции финансовой составляющей бюджета, то это одни показатели, если говорим о выполненных ранее задачах, то это другие показатели. Многое сделано в сельском хозяйстве. За шесть лет область приросла на 400 тыс. га земель, которые были распаханы, а ранее пустовали. Сегодня мы констатируем, что в Амурской области есть сельское хозяйство — не каждый субъект может этим похвастаться.

«Газпром», космос и другие проекты — это заслуга
моего предшественника

Если взять тот кредит области в 30 млрд рублей, о котором все так много говорят, то 8 млрд из него было потрачено как раз на развитие сельского хозяйства. Предприятия обновили свой парк. То, что сегодня у нас есть «Газпром», космос и другие проекты, — заслуга моего предшественника. Когда в свое время эти решения принимал президент, участие губернатора было не последним. Нужно было убедить, наверняка были спорные моменты — делать это или не делать.

— Какие у вас отношения с командой предыдущего губернатора?

— Я сам отработал в команде Олега Николаевича четыре года министром, я был мэром областного города, был членом областного правительства. Пять с половиной лет при прежнем губернаторе я работал с этими людьми вместе, встречался на еженедельных планерках, в рабочих поездках. Люди для меня не посторонние. Возможности и способности каждого я знал как коллега. Я никаких проблем не вижу и людей этих воспринимаю достойно.

Конечно, каждый руководитель подстраивает команду под свою формацию, ну и время диктует свои правила. Некоторые требования поменяться должны. Сегодня мы обязаны, не забывая о сельском хозяйстве — главной нашей житнице, ставить вопрос об индустриализации.

Вице-премьер Дмитрий Рогозин, глава «Роскосмоса» Игорь Комаров, Александр Козлов и Владимир Путин осматривают строящийся космодром «Восточный»

Михаил Метцель / ТАСС

 — В регионе построили космодром «Восточный», его уже успели назвать «стройкой века». Какие инфраструктурные проекты в связи с этим появились в области?

— Что такое космодром «Восточный»? Это космическая гавань всей страны. И та стройка, которая сегодня была определена на территории Амурской области, — она проставила перспективу на последующие годы. Теперь Амурская область и космос неразрывно связаны. Сегодня мы наблюдаем только первую очередь строительства. Вопрос о последующих очередях находится на рассмотрении председателя правительства, проходит утверждение программы на 2016−2025 годы. Она включает в себя строительство пусков под большие пилотируемые корабли и программу «Луна», намеченную на 2029 год.

В области возводится город Циолковский. Строительством нового города в регионе не каждый губернатор может похвастаться. Мы наблюдаем развитие интеллектуальной собственности — факультетов в университетах, появляются рабочие профессии и даже специализированные школьные классы. Ну, и самое главное, к нам приезжают люди с новым интеллектом. Из Самары, из Москвы. В том числе и студенты, которые посвятили себя космосу. Это другой уровень людей — высокоинтеллектуальный, это инженеры. И эти люди дадут нам то, чего сегодня так не хватает, — развитие Дальнего Востока.

Сколько амурчан трудоустроено

на Восточный

По данным пресс-службы губернатора Амурской области

2012 г. — 670 человек

2013 г. — 535 человек

2014 г. — 450 человек

2015 г. — 380 человек

2016 г. — 7 человек


34% вакансий — высокий уровень квалификации


66% вакансий — рабочие профессии


Популярные профессии: плотники-бетонщики, каменщики, арматурщики, электрогазосварщики

 — Какое влияние оказало появление космодрома на занятость в регионе?

— Я вот с ребятами разговаривал. Они отучились в нашем АМГУ два курса, потом поехали в Москву в МАИ, вернулись. 60 000 рублей зарплата плюс квартира. Я считаю, что для молодого специалиста — это неплохо. А главное, что по профессии работают. Средняя зарплата растёт, сейчас что-то в районе 32 000 рублей. Вопрос трудоустройства амурчан на «Восточный» находится на моём личном контроле, информация мне поступает еженедельно. Всего с начала строительства трудоустроено около двух тысяч человек. Я отработал на производстве десять лет. У нас свой техникум был, в нём было заинтересовано наше производство. Компании бегают по рынку труда, а специалистов нет.

В Амурском государственном университете будет создан образовательный центр по подготовке кадров для космодрома. Партнёром университета станет «Центр эксплуатации объектов наземной космической инфраструктуры» (ЦЭНКИ). По целевому обучению в 2015 году подготовку пройдут 20 студентов-старшекурсников, уже через два года они пополнят ряды специалистов «Восточного».

Где готовят специалистов

на Восточный?

Выпускники амурских школ могут поступить в российские университеты по целевым программам для последующей работы на космодроме. Всего за пределами области по этой программе учится 156 студентов.

«ЦЭНКИ» набирает абитуриентов для московской Бауманки на специальности «Системы управления летательными аппаратами», «Стартовые ракетные комплексы» и «Приборы и системы ориентации, стабилизации и навигации». Первый выпуск студентов целевого приёма состоится в 2017 году.


На совместную программу Амурского государственного университета (АмГУ), Московского авиационного института (МАИ) и Южно-Уральского государственного университета (ЮУрГУ) в Благовещенске было принято 126 студентов. После первого выпуска в 2014 году 6 из 7 выпускников получили работу на «Восточном».

Обучение специалистов для строительства и эксплуатации космодрома также проходит в пяти амурских техникумах. Они заключили соглашения со «Спецстроем России», чтобы студенты могли проходить практику непосредственно на объектах «Восточного».

— Жители сёл Глухари и Голубое Свободненского района жалуются на произвол работников «Спецстроя» (строит космодром Восточный — ред.): загрязнение территории и порчу дорог. Какие инструменты влияния на «Роскосмос» и «Спецстрой» есть у губернатора?


— Мы посчитали тот ущерб, который нам нанёс «Спецстрой». Только по Свободненскому, Шимановскому районам — ущерб 174 млн рублей. Их дирекция согласилась и приняла эти расходы. Я поднимал вопрос на селекторе. Дано поручение, чтобы в рамках их ведомственной целевой программы на 2016−2025 годы они нам этот ущерб возместили. Но я вам скажу, что мы дожидаться не будем и, если что, подадим в суд на «Спецстрой». Они добывали у нас песок незаконно, наше Минприроды подготовило иск, мы отсудили 100 млн рублей. И мы их взыщем через службу судебных приставов.

— То есть через суды вы можете влиять на крупные госкомпании?

— Конечно, правда же на нашей стороне. Ну, или объясните тогда людям, кто будет восстанавливать дороги. Я возглавлял министерство ЖКХ и строительства Амурской области четыре года. Когда в смете нет расходов, всегда со строителями будет спор. Если вы занимаетесь проектированием, вбивайте сразу в проект строку про восстановление дорог. Строители только рады будут. К сожалению, там, наверное, это сделано не было.

Сегодня для всех карьеров «Газпрома» (строит газопровод «Сила Сибири» — ред.) у нас есть дорожная карта, мы понимаем, откуда, с какого карьера, куда везут. Если мы видим, что машины идут из каких-то других мест, то это незаконная добыча. Это по линии МВД удобно будет расследовать. Почему дедушка, живущий в деревне Глухари и ездящий на копейке, не может доехать до районного центра? Есть содержание дорог, а есть восстановление. Вот цементный завод у нас строили, разломали дорогу, в 2015 году заставил их восстановить дорогу в районе, а то школьный автобус проехать не мог.

У меня дорожный фонд в Амурской области распределяют главы поселений с начальниками ГИБДД, практика шикарная

Главы поселений, не района даже, а поселений, и начальники ГИБДД, потому что они единственные, кто может остановить предписание, — они делят эти деньги. Вот на этот участок сколько нужно на работу ямочную, тут сколько грейдер стоит? И начинают делить.

— Какие доходы получает регион от космодрома и обслуживающих его объектов?

— В течение года мы получили 600 млн рублей доходов от тех объектов, которые уже есть. Это налоги на доходы физических лиц, на регистрацию техники. По мере сдачи (космодром заявлен как гражданский) мы будем рассчитывать на поступление налоговой базы. Если представить область без всех этих строек, то это будет глубокая депрессия. Мы очень рады, что все эти проекты сегодня у нас есть. Надо просто быть объективными — сегодня мы находимся в начале большой стратегии. Это надо понимать и относиться к этому философски.


Приход таких монстров, как «Газпром», никому ещё
плохо не сделал в субъекте

— Другое масштабное строительство в регионе — Амурский газоперерабатывающий завод (ГПЗ). Что его появление даст региону?

— Это вообще появление новой отрасли в Амурской области. Приход таких монстров, как «Газпром», никому ещё плохо не сделал в субъекте. Это рабочие места — 15 тысяч на строительстве и 3 тысячи на эксплуатации, налоги — 6 млрд рублей до 2024 года, постоянное развитие. Город Свободный и Свободненский район приобретёт преференции: приезжают интеллектуальные люди, вкладываются деньги, меняется малый бизнес. Совместно с «Газпромом» будет разработана программа газификации промышленных и сельскохозяйственных предприятий, котельные, работающие на мазуте, будут переведены на природный газ. Недавно мы встречались с руководителем «Газпром банка» (Андреем Акимовым — ред.) и с Алексеем Борисовичем Миллером, обсуждали вопросы финансовой поддержки, программу «Газпром детям». Приход новой отрасли диктует условия проживания, обучения: садики, школы и другие объекты. Государство и крупные компании должны вместе это решать.

ТОР «Приамурская»

Площадь — ~900 га

Инвестиции — 4/136 млрд руб.

Новые рабочие места — 90/1350

Участники:

«С Технологии» — цементный завод

Амурская энергетическая компания — нефтеперерабатывающий завод

АО «Мост» (один из соучредителей российско-китайской компании) — мост Благовещенск-Хэйхэ

ТОР «Белогорск»

Площадь: ~700 га

Инвестиции: 1/1,12 млрд руб.

Новые рабочие места: 134/400

Участники:

«Амурагроцентр» — переработка сои

«Белхлеб» — хлебобулочный комбинат

Проект ТОР «Свободненский»

Инвестиции — 729 млрд руб.

Новые рабочие места — 2600

Участники:

«Газпром» — газопереработка

СИБУР — газохимическая промышленность

«Технолизинг» — переработка метанола

 — Зачем Амурскому ГПЗ «Газпрома» статус резидента ТОР?

— Это строительство заводов, а к строительству заводов идёт стройка школ, домов, дорог подъездных, спортивных объектов. То есть некие затраты, которые компании готовы брать на себя. Вот представьте, школа — миллиард рублей, дома — миллиардов пять, дорога, мы уже посчитали, 600 млн, спортивные объекты — 800 млн. И всё это в кучу рождает большие суммы, их нужно достать сразу. Компании готовы вкладываться. Но эти деньги нужно где-то взять. Мы же все экономику изучали, если где-то убыло, значит, где-то прибыло. Они нам говорят: «Дайте нам возможность сэкономить, мы вложим эти деньги сюда. А если мы облагаемся налогом, то почему мы должны это строить?» Разумно, обсуждение налогов — это один из механизмов для диалога. Сами мы не справимся, исходя из нашей финансовой ситуации. Мы стоим на рубеже больших проектов, но фактически сегодня не можем участвовать в крупных вложениях. Когда всё это (ТОРы — ред.) заработает, это будет уже другая область. Если сегодня у нас 34 млрд рублей доходов, то в 2025 году будет уже 170 млрд рублей. Просто момент становления надо пережить. Помогать производствам. «Газпрому» помогать, этим ТОРам. Новые люди приедут, предприятия-спутники подтянутся, сколько их будет вокруг одного «Газпрома»?

— В одном из интервью вы сказали, что резидентами ТОР «Белогорск» станут предприятия малого или среднего бизнеса. Есть ли какие-то новые проекты помимо хлебобулочного комбината?

— В рамках этой ТОР будет создан резидент «Маслоэкстракционный завод «Амурский», он будет реализовывать проект строительства завода по глубокой переработке сои с мощностью 240 тысяч тонн. Для нас это очень важно, это такой единственный завод в России. Нужно ещё понимать, кого считать средним, а кого — крупным. В ТОР «Приамурская» заявлен резидент — цементный завод «С Технологии». С виду вроде бы небольшой по площади. Когда его сдадут, посмотрим выработку и решим, к какому бизнесу его можно относить. Если сравнивать с ТОР «Свободненский», где триллионы рублей, то это, может быть, и малый бизнес. Вот цементный завод, если у них продукция пойдет, то что мешает уйти в производство железобетонных изделий? Можно тут же поставить цех по изготовлению бордюрного камня. Так что мы ожидаем тут мультипликации.

— Будет ли на территории Амурской области выделена земля для российско-китайского аграрного фонда? Под какие проекты? Уже есть желающие?

— Земля сельхозназначения сейчас востребована и среди наших фермеров, и среди наших сельхозпредприятий. Мы не испытываем большой потребности отдавать её китайским инвесторам, у нас хватает своих предпринимателей. Да, мы нуждаемся в переработке производимой сельхозпродукции. Необходимо, чтобы у нас развивалось мясное животноводство, молочное животноводство. Продукцию собрали, ту же сою, её нужно перерабатывать: если мы в Китай будем поставлять сою — это одно, а если будем перерабатывать в жмых — это уже другая продукция. Переработка всегда нужна. Наша задача — продолжить эволюцию сельского хозяйства, которую начал мой предшественник. Уйти в стадию переработки и развития животноводства. У нас кормовая база очень хорошая. 


По данным Дальневосточного таможенного управления, экспорт продовольственных товаров и сельхоз сырья из Благовещенска в Хэйхэ вырос на 700% только за последний год и составил 93 000 долларов. Начальник Благовещенской таможни Михаил Сорокин утверждает, что такой процент получился за счёт экспорта кукурузы и сои. Тем не менее основная часть мелких китайских предпринимателей работает c продуктами питания, ювелирным изделиями и парфюмерией.

 — В переработке будут задействованы российские компании?

— Мы ставим на местного производителя, но если есть инвесторы, которые готовы вкладывать в Амурскую область, то мы рассмотрим инвесторов любого уровня. Лишь бы деньги оставались здесь и рабочие места были здесь, а продукция была экологически чистой. Все китайские туристы сейчас налегают на нашу продукцию.

— Как вы боретесь с нелегальной торговлей на китайской границе? Ловят ли на таможне «челноков» или «челночный бизнес» выгоден для региона?

— А что с ней бороться? Сейчас это уже всё цивилизованно. У них есть по закону право на 200 кг в день мимо грузовой таможни. С другой стороны, это же экономика наша, китайцы же у нас деньги оставляют, а у них торговые центры пустые. Они сегодня думают, что делать. У них же тоже приграничная территория. Раньше наш человек туда ехал, всё скупал, теперь они [китайцы — ред.] оставляют в наших магазинах выручку. Подсели на наши продукты. У нас молочка настоящая, сухого молока нет. Парфюмерию, оптику они от нас тоже вывозят. Есть кондитерская фабрика «Зея»: они везут её кондитерку, шоколад у китайцев невкусный. Алтайскую муку и ту вывозят.

Пассажиры в ожидании парома в порту на пограничном переходе «Хэйхэ-Благовещенск»

Артём Коротаев / ТАСС

— С российской стороны в строительство моста «Благовещенск-Хэйхэ» вкладывают 13,6 миллиарда рублей, со стороны КНР — 5,2 миллиарда рублей. Выходит, нам мост нужнее?

— Наша часть до границы — 16 млрд, их — та, которую вы сказали. По нашей части мост больше проходит географически. 30% — у Китая, 70% — наши. Китайцы подготовились, они уже две деревни там переселили, дороги сделали. У нас ещё этого нет, поэтому у нас есть стройка моста и подъездные пути. На самом деле, из 16 млрд с нашей стороны 5 млрд — это мост, остальное — подъездные пути на 11 км. Можем построить мост, но мы туда не доедем, не будет подъездных путей, будем на него смотреть издалека. Сейчас мы решаем вопрос с китайским банком о кредитовании, 50% свои они закрывают, у них программа есть, а мы идем без федеральных, без областных денег. Мы хотим на остальную половину моста взять кредит в банке. Сейчас решается вопрос о кредите под 5% со сборов с этого моста. И китайцы готовы идти на этот шаг. ТОР «Приамурская» рядом возводим. Она делится на две территории: цементный завод и нефтеперерабатывающий завод. Одна из компаний купила в Якутии месторождение и хочет по трубе Транснефти пригнать сюда нефть и перерабатывать её здесь — для пластика, для машин.

— Компания российская?

— Китайская компания. Самое главное, что нефть пойдет не как сырье, а как переработка. Налоги уже другие. Тоже сейчас вопрос решается. И вторая часть этого ТОР — Ровное — находится в 11 км от будущего моста, там будет логистический центр. Грузы же пойдут. Ставь переработку, делай сырье и вези.

— По данным министерства внешнеэкономических связей, туризма и предпринимательства Амурской области, в прошлом году поток туристов из Китая в Благовещенск увеличился в два раза и достиг 537 400 человек в год. Что делается в регионе для привлечения иностранных туристов?

— Мы третьи в стране по количеству китайских туристов. Первая — Москва, потом — Владивосток, потом — мы. Китайский турист — он особый. Здесь нужно понимать логистику и развивать её. Китаец должен приехать к нам и полететь на Камчатку, на Сахалин, во Владивосток. Амурская область должна быть неким транзитом: турист прибыл, переночевал, посмотрел, захотел — слетал на вулканы, вернулся, билеты купил здесь. Поэтому мы начали с первого — с фасада, моста между Благовещенском и Хэйхэ. Как только у нас появится нормальный таможенный переход, где можно проехать на машине, сразу другие перспективы откроются. Сейчас в Китае принимаются решения, что до 2018 года каждый южный китаец должен посетить северные территории. Мы ждём порядка миллиона туристов в год.

— Сколько китайцев в Амурской области?

— Я не готов сейчас назвать цифру, но мы жёстко боремся, чтобы люди появлялись здесь законно. По вырубке леса у нас нет тут такого, как в Приморье, по нелегальной рабочей силе в сельском хозяйстве тоже мы боремся. Китайцы куда идут? В лес, сельское хозяйство, торговлю овощами и производство кирпича. Мы в принципе везде их уже повыгоняли, если они работали незаконно.

— Ведутся ли переговоры о переносе китайских производств на территорию Амурской области?

— Сегодня я только слышал об этом в федеральных СМИ, повестки такой пока нет.

— В одном из интервью вы говорили, что, по мнению китайцев, «мы — это Европа». По вашему мнению, Амурская область — это больше Европа или Азия?

— Я считаю, что мы всё-таки Европа для них. Потому что и застройка, и ментальность, и образ жизни — он отличается. Нельзя его сравнивать, надо оказаться там, пожить, посмотреть. Это другая ментальность, другие подходы вообще.

— Добыча полезных ископаемых — одна из основ экономики Приамурья. Цены на золото и уголь на товарных рынках серьёзно просели. Какое влияние это оказало на регион?

— В Олекминском руднике это почувствовали. Мы только успели порадоваться новому производству, как из-за биржевых особенностей собственнику пришлось произвести консервацию. Уголь наш не привязан к экспорту, ценообразование не меняется уже три года, он нам нужен для внутреннего рынка: кочегарки все на угле. Мы потребляем больше 3 млн тонн по области, сбыт есть.

Есть промышленность, есть сельское хозяйство —
государство будет сильным и сытым

— «Амурский уголь» восстановил ледовую арену в Райчи́хинске, «РусГидро» строит новый крытый каток в Новобурейске. У вас остались связи среди крупных промышленников? Как вы уговариваете их инвестировать в регион в сложной экономической ситуации?


—Я, как человек, прошедший первую школу жизни на производстве, считаю, что губернатор должен опираться на промышленность, поддерживать предприятия. Мы поддерживаем наши предприятия — и крупные, и мелкие, чтобы они участвовали во всех тех стройках, о которых мы говорим. На антикризисной комиссии рассматривался ЗАО «Асфальт»: там прошли большие сокращения. Мы его бывших сотрудников трудоустроили на стройку «Газпрома». Компании «СК Мост» помогаем, видим перспективы «Амурского угля» и не отказываемся от их продукции. Группа компаний «Петропавловск» вместе с областью и федеральным правительством получила 5 млрд рублей на новую высоковольтную линию. Производственная опора — это основа государства. Есть промышленность, есть сельское хозяйство — государство будет сильным и сытым.

— И всё-таки как вы мотивируете в кризис инвестировать в инфраструктуру региона?

— Я всегда говорю: для того, чтобы предприятие могло участвовать в чём-либо, оно должно понимать горизонты своего планирования. Крытая ледовая арена в городе Райчихинске — весь хоккей в Амурской области начинался оттуда. И угольщики сегодня понимают, что у них есть горизонт планирования, правительство помогло им перенести дорогу, железную дорогу, высвободить новые объемы, поэтому они вкладывают в тот город, в котором живут и работают. На эту ледовую арену пойдут их дети: будут здоровые ребятишки, будущие рабочие кадры. Мама с папой придут в выходные покататься. Это очень важно. Такая же ситуация и в Новобурейске с «Русгидро».

Вчера мы обсуждали с Алексеем Борисовичем Миллером, что в рамках программы «Газпром детям» можно будет возвести спортивные объекты в поселениях, расположенных вдоль строящейся трубы «Сила Сибири». Мы звезд с неба не хватаем: просто стадион футбольный, реконструкция каких-то спортивных объектов. Алексей Борисович меня в этом поддержал, я ему очень благодарен. Дано поручение включить наши объекты в эту программу, там их достаточно: больше 20 на сумму порядка 400 млн рублей.

— Амурская область первая, не дожидаясь федерального закона об 1 гектаре, применила практику раздачи земли. Вы не планировали взять себе гектар?

— Один гектар? Я, честно говоря, об этом не думал, потому что сегодня моя цель — максимальное погружение в вопросы районов. Я две недели находился в командировках. Моей задачей вместе с кабинетом министров было рассмотреть на местах, например в Шимановском районе, как заходят площадки под трубу газовую, как люди будут задействованы, милиция, транспорт, проследить, чтобы дороги не разбили. Моя задача — это как раз оперативная деятельность.

— Сколько «пилотных» «дальневосточных гектаров» было выделено в Амурской области на данный момент?

— Я могу ошибиться, но мы более 90 заявок обработали. Под разные нужды люди берут. Мне еженедельно справку дают, я смотрю, сколько на рассмотрении в разрезе территорий.

— Кто основные получатели дальневосточной земли в Амурской области? Какие самые необычные варианты использования приамурских «дальневосточных гектаров» были ими предложены?

— Там нет ничего необычного. Люди, которые считают, что могут заниматься сельским хозяйством, обращаются. Один раз ко мне обратились из посёлка Новорайчихинск. Бывший военный решил развивать животноводство, выращивать свиней. Я отправил туда проверку — министра сельского хозяйства. Мы посмотрели и решили поддержать, дать грант. Человек поставляет хорошую готовую мясную продукцию на рынок. В ближайший двадцатитысячный город будет поставлять мясо. Село с городом начинают работать.

— На 2016 год запланирован запуск Нижне-Бурейской гидроэлектростанции. Удалось ли решить с энергетиками вопрос о своевременной подготовке ложа ГЭС? Нет ли у вас опасений, что из-за нерешенных вопросов запуск станции может быть отложен на 2017 год?

— Проблем со строительством станции я не вижу. Есть сейчас вопрос с затоплением ложа. Есть вопрос с корректировкой вырубки лесов, но я думаю, что «Русгидро» справится с этой задачей.

Строительство Нижне-Бурейской ГЭС в Амурской области

Юрий Смитюк / DV

— При строительстве Нижне-Бурейской ГЭС в зону затопления попали территории заповедников. Во сколько обошёлся новый «Бурейский» природный парк и на чьи деньги он создавался? Каков план развития парка на ближайшее будущее?

— Это было сделано областью, хороший же парк. По поводу туристической привлекательности — не скажу сейчас. У нас проблема размахов расстояний. У нас много исторически хороших мест. Амурская область начала развиваться 350 лет назад. Казаки-первопроходцы пришли и разместились в Албазино. Это фильм про 300 спартанцев реально, рекомендую ознакомиться с этой историей. 300 казаков гоняли 20−50 тысяч китайцев. Казаки из Сибири, нанятые купцами для добычи пушнины. Их символ — Албазинская икона Божией Матери, она ассоциируется с нашей областью. С Албазино и началось освоение, флаг первый здесь был. Место шикарное. Крепость на берегу. Федеральная трасса, по которой Владимир Владимирович ехал на желтой «Ладе Калине». Но это 700 км от Благовещенска и 89 километров по грунтовке до крепости. Если от Москвы 700 км — это где? Под Воронежем уже где-то, да? В принципе это направление на Якутск, поэтому мы будем его развивать.

— Когда будет проведена реконструкция аэропорта в Благовещенске? Почему к вам не летает «Аэрофлот»?

— Вопрос реконструкции аэропорта стоит очень остро, потому что наша взлетная полоса не даёт возможности принимать новые современные суда. Раньше «Трансаэро» могли принимать, у них было девять судов. Сегодня вынуждены пользоваться не сильно достойными компаниями. Мы хотели бы себе «Аэрофлот» — он нам здесь нужен. Все проекты, которые развиваются в области, подтолкнут «Росавиацию», люди сюда поедут, мы добьем этот вопрос.

Александр Козлов и губернатор Хабаровского края Вячеслав Шпорт

Станислав Красильников / ТАСС

— У области есть какие-то проекты с соседними регионами?

— Проектов с Хабаровским краем и Еврейской автономной областью пока нет. Для этих регионов мы вырабатываем электроэнергию. Тепло и свет даём людям. В районах, граничащих с Хабаровским краем и ЕАО, развита лесная промышленность, также сейчас там планируется разрабатывать золотодобычу и Огоджинское месторождение угля. Всё это пользуется спросом, но требует логистики — железных, автомобильных дорог, электроснабжения. Всё это будет появляться. По поводу Эльгинского месторождения в Якутии — мы ждём, когда они выйдут на полную мощность, указанную в их планах. Участок железной дороги для транспортировки проходит через нашу область, так что можно ожидать роста налоговых поступлений. Но, чтобы вы понимали, наша земля на 5 тысяч квадратных метров больше, чем Германия, а живёт всего 817 тысяч человек. Всё это вынуждает нас расходовать деньги, которые можно было бы повернуть на другие вещи. Но мы осознаем, что, пока идёт освоение Дальнего Востока, мы должны терпеть и делать так, чтобы люди отсюда не уехали, а крупные монстры — не надо их бояться — пусть приходят, развиваются.

— Вы часто говорите о том, что любите путешествовать по Амурской области и работать на местах. Куда поехать туристу в Амурской области?

— Можно будет посмотреть космодром, второй момент — у нас есть гидроэлектростанции, туристам это интересно. Сам Благовещенск можно назвать туристическим маршрутом. Архитектура позволяет так сказать. Албазино в Сковородинском районе — знаменитое место, где жили первые казаки, природные наши заповедники — Муравьевский парк, где аисты гнездятся, тигров в Архаринском районе можно увидеть. Рыбалка у нас шикарная. Есть чем себя увлечь.

— Что вы думаете о переселении на Дальний Восток? Сможет ли Благовещенск стать привлекательным для переселенцев?

— Амурская область с позиции работы и возможностей — удобна. Тут нет пробок, экология хорошая. Конечно, нельзя сравнить с Петербургом или Москвой, всё-таки это столицы. Глупо будет сравнивать Благовещенск с Нью-Йорком. Но в плане приехать поработать — у нас комфортно, экологически чистые продукты. Всё зависит от того, что хочет человек.

— В детстве вы любили прыгать через пролёты между пятиэтажками, а потом увлеклись хоккеем. Любите рисковать?


— Я вырос в рабоче-крестьянской семье. Отец работал в правоохранительных органах, мама — тренером по легкой атлетике, потом в ателье. Обычная семья. Как у нас молодость проходила? Прыгали по гаражам либо играли в футбол во дворе. Я всегда говорю, что школьные стадионы должны быть задействованы, у меня молодость прошла на этих стадионах. На дачу с родителями ездили, тогда же не было компьютеров или видиков.

Рекомендуемые материалы
Амурская область
Китайская граница, горящие горы, динозавры и космодром
Космодром, БАМ и Китай через реку
Тест, который покажет, знаете ли вы Амурскую область
Битва за Амур: казаки против китайцев
Кровавая история древнего Албазинского острога
Новости smi2.ru