Любовь покорителя Амура

Как через три рукопожатия и 8,5 тысячи километров нашли могилу первой леди русского Приамурья

Алёна Быкова
30 января 2019
Екатерина Николаевна и Николай Николаевич Муравьевы-Амурские
Около двух лет назад власти городка Желос во Французских Пиренеях решили не продавать некоторые места на муниципальном кладбище. На них когда-то были захоронены иностранные аристократы, в XIX—XX веках переехавшие жить к целебным горным источникам. Такое решение приняли после того, как преподаватель французского языка из Благовещенска нашла на кладбище запущенную могилу Екатерины Муравьёвой, урождённой Элизабет Буржуа де Ришмон, — малоизвестной во Франции дамы и жены человека, впервые прочертившего российскую границу по Амуру.

Графские развалины

О жене графа Николая Муравьёва-Амурского — генерал-губернатора Восточной Сибири, который основал форпосты на Амуре и подписал Айгунский договор с Цинской империей о разграничении дальневосточных земель, — вспомнили в Благовещенском университете в 2016 году, готовясь к 160-летию города.

Главный редактор студенческой газеты на французском языке «Salut! Ça va?», доцент БГПУ Ольга Кухаренко написала письмо своей знакомой в провинциальный Желос (660 км от Парижа, население около 3600 человек — прим. DV), где, как было известно, находился семейный склеп графини.

Справка: Николай Муравьёв-Амурский

Генерал-губернатор Восточной Сибири способствовал освоению и заселению нынешних дальневосточных территорий. Он руководил закладкой более 30 населённых пунктов Приамурья и Приморья, поддержал исследования Геннадия Невельского. В годы его губернаторства был подписан Айгунский трактат, согласно которому Амур до самого устья стал границей России и Китая.

«Мы знали, что жена Муравьёва-Амурского была француженкой, и мне хотелось найти какую-то информацию о ней, может быть, родственников во Франции — хоть что-нибудь, — рассказывает Ольга. — Оказалось, никто в нашем регионе её историей не занимался, все направляли меня к Нине Дубининой (профессор ДВФУ, автор книги „Николай и Екатерина Муравьёвы-Амурские: историко-документальное повествование“). Хабаровские коллеги и переводчик, помогавший Дубининой, рассказали, что даже их знакомые в городе По (округ коммуны, т. е. центр региона, где находится Желос — прим. DV) не смогли найти выходов на её семью. Я поняла, что родственников нет, почти ничего нет, и ещё больше загорелась желанием найти её».

Место погребения обнаружили на следующий день: в мэрии Желоса сохранилась учётная запись, и на кладбище отыскался могильный камень с полустёртой гравировкой. Поскольку во Франции принято перепродавать земли на бесхозных могилах, останки Элизабет уже были извлечены и находились в муниципальном хранилище. Но сам участок случайно оказался не перекуплен.

Ольга Кухаренко начала переписку с благовещенской мэрией и французскими региональными властями о возможности восстановить захоронение и поставить новое надгробие. На переговоры ушло два года, и дело сдвинулось, только когда об идее узнала мэр Благовещенска Валентина Калита.

Власти договорились отремонтировать могильный камень и поставить новое надгробие из чёрного гранита с надписями на русском и французском языках: «Здесь покоится Элизабет Буржуа де Ришмон, умершая в городе Желос в 1897 году, вдова генерал-губернатора Восточной Сибири, графа Николая Николаевича Муравьёва-Амурского, основателя города Благовещенска. От благодарных жителей г. Благовещенска». Работы будут стоить чуть меньше 2300 евро. Мэрии договорились разделить расходы пополам, дальнейший уход за могилой взял на себя французский муниципалитет.

Дата торжественного открытия захоронения пока неизвестна. Преподаватель БГПУ надеется, что открыть успеют к очередному Дню города Благовещенска — 2 июня.

«Я уже так болею этим проектом, что и на памятник Муравьёву-Амурскому в Благовещенске смотрю по-другому, — признается Ольга Кухаренко, — и согласна с мнением, что Екатерина Николаевна заслуживает упоминания на его постаменте в нашем городе».

Газета без границ

Газета «Salut! Ça va?», с публикации в которой началось исследование, издаётся в БГПУ уже 15 лет и не похожа на обычную студенческую. Это издание делает фотосессии на обложку, публикует материалы авторов из городов России, из Франции, других стран, распространяется во франкоязычном мире. У газеты есть периодичность, редакционный план, эксклюзивные интервью, ей присвоен международный серийный номер (ISSN). Ольга Кухаренко редактирует «Salut! Ça va?» с первого номера, а её бывшая студентка Ирина Корнеева, придумавшая издавать газету в 2004 году, сейчас живёт во Франции и пишет материалы оттуда.


На Амуре с любовью

Генерал-майор Николай Муравьёв и Элизабет Буржуа де Ришмон познакомились в Европе на водах ещё до его губернаторства. Николай Николаевич сделал предложение своей любимой только после того, как возглавил Тульскую губернию. Француженка взяла имя Екатерина — так звали мать Николая, — приняла православие и выучила русский язык. Когда генерал-губернатора перевели в Восточную Сибирь для исторической миссии — укреплять позиции Российской империи на востоке, жена поехала с ним.

Графиню описывают как красавицу с добрым сердцем. Известно, что она несколько раз спасала проштрафившихся подчинённых мужа от его гнева и даже от казни по его приказу. Из писем и воспоминаний ясно, что генерал-губернатор и его жена нежно любили друг друга и только под её влиянием его сердце могло смягчиться.

«…Прошу полюбить мою милую Катеньку… по уму и душевным её качествам она истинно этого заслуживает», — писал граф брату.

Как отмечает Нина Дубинина, супруги вместе пересекли всю страну до Камчатки: более 10 тыс. км на лодках, конных повозках, собачьих упряжках, верхом, через тундру, реки, горы и болота. Екатерина настояла на сопровождении мужа в сплаве по Амуру, ездила по Сибири и территориям с условиями Крайнего Севера.

Исторический для России Айгунский договор об установлении российской границы по Амуру Екатерина Муравьёва не засвидетельствовала: путешествия подорвали её здоровье, и было принято решение, что она будет жить в Париже. Около пяти лет супруги прожили в разлуке, пока генерал-губернатору наконец не дали отставку и он тоже не переехал во французскую столицу. Элизабет-Екатерина пережила мужа на 16 лет, после его смерти она переселилась в своё родовое гнездо в Желосе.

Муравьёв-Амурский был похоронен в склепе де Ришмон в Париже, в 1990 году его останки перенесли во Владивосток. В Госархиве Дальнего Востока (РГИА ДВ) сохранилось прошение на имя министра внутренних дел Российской империи В.К. Плеве от 1902 года о переносе останков графа в Благовещенск, которое по какой-то причине не удовлетворили.

Рекомендуемые материалы
Неуловимый остров трёх миллионов птиц
230 лет назад открыт самый удивительный остров Охотского моря
«Бреду по тайге, и вдруг ко мне подходит Сталин…»
Как прошёл первый беспосадочный перелёт женского экипажа из Москвы на Дальний Восток.
Москва и Пекин мирились на «римском языке». Часть II
Как 330 лет назад был заключён первый русско-китайский договор