Вечный президент Северной Кореи

Дальневосточная история Ким Ир Сена

Ольга Мальцева
17 апреля 2017
Визит Ким Ир Сена в СССР в 1984 году
«Вот я и на родине!» — воскликнул майским днём 1966 года капитан Красной Армии, кореец по национальности, медленно обходя территорию северного лагеря в районе села Вятское Хабаровского края. Сегодня, спустя полвека, невозможно с точностью до запятой воспроизвести фразу бывшего советского офицера и тогда уже Председателя Кабинета министров КНДР, но слова отпечатались на памятной плите истории дальневосточной саги Ким Ир Сена

Биография Ким Ир Сена — одна из самых фантастических биографий персон мировой величины. Сын сельского учителя, командир отряда партизанского сопротивления во время японской оккупации, офицер Красной Армии, награждённый орденом Красного Знамени, президент КНДР — неординарная политическая фигура послевоенного переустройства мира. Почти полвека — рекорд, достойный Всемирной книги Гиннеса, — Ким Ир Сен единолично правил страной, скрестив корейскую самобытность с диктатурой социализма. В его биографии немало страниц, скрытых архивами под грифом «секретно», разночтений, мифов и легенд, даже разных имён, с которыми он прошёл по жизни: Ким Сон Чжу — Цзин Жичэн — Ким Ир Сен.

В Пхеньяне туристов непременно привозят в Мангёндэ, живописное местечко недалеко от столицы. У подножия сопки Мангён («десять тысяч видов») разбит обширный парк, где рядом с реликтами зеленеет туя, взбираются на сопку корейские сосны с карамелевой корой, а колодец всегда полон хрустальной воды, глоток которой сродни молодильному яблочку, как утверждают гиды. Этнографы и историки тщательно воссоздали здесь уголок крестьянского быта начала прошлого века, собрав аутентичные предметы: прялку, соломорезку, станок для изготовления лапши куксу, чаны для засолки кимчхи. Во внутреннем дворике за плетнём — две глинобитные постройки с крышей из соломы и амбар для хранения чумизы, гаоляна и земледельческого инвентаря.

Дом, где родился Ким Ир Сен

Wikimedia Commons

Для корейцев это место культовое, связанное с именем Вечного Президента КНДР Ким Ир Сена. Мангёндэ — его родина, где прошли детство и юность. В этнографическом музее — целая галерея семейных портретов. Лица строгие и даже суровые. Корея страдала от японского гнёта, до счастья освобождения 1945 года было очень далеко. Увидеть родину свободной довелось лишь бабушке с дедушкой Ким Ир Сена. Истощали голод, мытарства, да и репрессивная японская машина катком прошлась по всем патриотам многочисленной семьи.

Япония аннексировала Корею в 1910 году и, устанавливая новый порядок, безжалостно подавляла любые выступления, под запретом были корейские книги, корейский язык, имена, обряды и даже ношение белой одежды. Иностранцы, описывая Корею, упоминали о стране людей «в белых одеждах» как отличительной черте. «Отец неустанно воспитывал меня, чтобы я с малолетства обрёл дух патриотизма. Исходя из этого стремления и желания, он и дал мне имя Сон Чжу, что значит «становление опоры страны», — писал Ким Ир Сен в мемуарах «В водовороте века». Первенец Ким Сон Чжу появился у молодых родителей 15 апреля 1912 года.

Мальчик рос среди взрослых, чьим смыслом жизни была борьба за свободу страны. Антияпонские настроения носили массовый характер. Вполне вероятно, как и вспоминает Ким Ир Сен, 6-летним парнишкой шагал он вместе со всеми 1 марта 1919 года в Пхеньян на митинг, где была оглашена Декларация независимости. За принятие Декларации выступили практически два миллиона корейцев: в Сеуле, других городах и провинциях — уникальный пример национального единения! Митинги перерастали в забастовки, демонстрации, целый год японская полиция вместе с армией яростно подавляла первомартовское движение.

Ким Сон Чжу в 1925 году

Wikimedia Commons

Повзрослел Ким Сон Чжу рано: 17-летний активист подпольного марксистского кружка, арестованный и заключённый в тюрьму, он всё больше задумывался о деятельной борьбе. И нашёл своё место в рядах партизанского сопротивления. В 30-е годы прошлого века в Корее легендарную славу приобрело имя Ким Ир Сена, командира партизанского отряда. После смерти героя-партизана фамилию как знамя подхватил боец отряда Ким Сон Чжу. С именем Ким Ир Сена (что в переводе — «восходящая звезда») он и вошёл в анналы истории.

Валерий Янковский, чья семья жила в эмиграции в 1920—1940 годах на севере Корейского полуострова, вспоминал, как однажды, выдавая охотничий билет, японские жандармы в полицейском участке показали фотографию: не встречался ли в тайге партизан с такой внешностью? За информацию обещалась высокая награда. Это была фотография Ким Ир Сена. Острый взгляд, волевой подбородок, упрямо сжатые губы выдавали в нём натуру решительную — молодой тигр! Валерий Юрьевич ответил, что в горах Пэктусана они охотятся совсем за другими хищниками — в полосатой шкуре.

Брошенные на поддержку жандармерии части регулярной японской армии вытесняли партизан в Маньчжурию. В конце 1940 годов измождённые, обескровленные, истерзанные преследованиями бойцы под командованием Ким Ир Сена перешли границу Советского Союза.


Тайны Южного лагеря

Советская Россия негласно содействовала участникам антияпонского сопротивления: на дальневосточной территории с конца 1930-х годов были организованы базы, где партизаны могли восстановить силы. Назад они возвращались с продовольствием и оружием (выдавались трофеи, захваченные у японцев в боях на Хасане и Халхин-Голе). Пересекающие советскую границу тщательно проверялись. Согласно циркуляру УВД Хабаровского края «О бдительности в отношении действий японских разведывательных органов, направленных на дезорганизацию партизанского движения в Маньчжурии», о чём упоминает в своей книге «Особая интернациональная» Геннадий Константинов, Ким Ир Сен и его соратники прошли процедуру проверок и допросов.

В 1939 году в Хабаровске в условиях особой секретности проходило стратегическое совещание: крупные операции в Корее и на Северо-Востоке Китая свернуть, китайским и корейским бойцам войти в состав Красной Армии. Советская сторона стремилась снизить потенциал угрозы военного конфликта СССР с Японией. Позиция партизанских командиров — наращивать силу антияпонского сопротивления — вызвала дискуссию. Ким Ир Сен писал, что именно он предложил действовать диверсионными группами, с обучением их в полевых лагерях Дальнего Востока. На его докладе стояла подпись — Цзин Жичэн. На многих документах того времени, включая Наградной лист, значился этот китайский вариант имени Ким Ир Сена.

Приступили к обустройству двух тыловых лагерей. Полевой лагерь в Хабаровском крае, рядом с селом Вятское на реке Амур, получил наименование Северного лагеря, А (по первой букве названия реки). Второй, в Приморском крае возле Уссурийска (тогда — Ворошилов), именовался Южным лагерем В (по первой букве названия города).

Дорога к учебной базе в Вятском

Фотография публикуется по книге Ким Ир Сена «В водовороте века»

И если пребывание Ким Ир Сена в Северном лагере разночтений не вызывает, то Южный лагерь до сих пор хранит свои тайны. В открытой печати нет ни описания, ни снимков Южного лагеря под Ворошиловым. Зато есть упоминание о Южном лагере в пригороде Владивостока (вполне возможно, что первая буква названия города Владивостока стала литерной). В мемуарах «В водовороте века» цитируется документ полицейского департамента генерал-губернаторства в Корее «Дело о происках организаций неблагонадёжных корейцев в Маньчжурии». В донесении речь идёт о Ким Ир Сене, который занял «место военного начальника в системе Океанского лагеря, непосредственно подчинённого советской Красной Армии». Действительно, в пригороде Владивостока есть станция Океанская. Очевидно, здесь был Южный лагерь В.

В начале 2000-х годов сотрудники Консульства КНДР обратились к приморским историкам с просьбой помочь отыскать здание в пригороде Владивостока, где в 1939—1940 годах, по их сведениям, квартировал Ким Ир Сен. Ранее в российской печати проскользнуло имя японского автора Сато Цунэнари, издавшего в 1943 году в Токио книгу, в которой приводятся сведения о выводах японской разведки: в районе станции Санаторная находился командир корейского партизанского отряда Ким Ир Сен. Сам президент вспоминал: «Как Командующий КНРА я отвечал тогда за Южный лагерь». Правда, отмечал, что расположен лагерь под Ворошиловым.

На Санаторной старожилы указывают на особняк, бывшую дачу Бриннеров, первых владивостокских предпринимателей, в ней после экспроприации советской властью размещался санаторий для отдыха революционеров. Можно предположить, что в санатории Ким Ир Сен — Цзин Жичэн восстанавливал силы, а Южный лагерь всё-таки находился в другом месте. Вот только разрушенные бункеры, строения, напоминающие казармы, другие постройки в районе военного санатория — явно были не для гражданской эксплуатации, и гипотеза, что здесь когда-то строился Южный лагерь, возможна. Загадкой остаётся фраза Ким Ир Сена: «Если от Южного лагеря пройти немного на восток, то там проходит железная дорога от Хабаровска на Владивосток и находится небольшая станция». Следуя этому описанию, вполне можно выйти на территорию с разрушенными временем постройками военного городка в пригороде Владивостока!

Достоверно известно, что к июлю 1942 года все бойцы из Южного лагеря были перебазированы в Северный лагерь.

Ещё год спустя, 6 января 1943 года, начала свой исторический отчёт стрелковая 88-я бригада Дальневосточной армии, единственная в СССР интернациональная часть, состоявшая из корейских, китайских и советских военнослужащих. Главой первого батальона был назначен капитан Ким Ир Сен.


Любовь

В музее революционной славы в Мангёндэ экспонируется хорошо сохранившийся снимок Ким Ир Сена вместе с Ким Чен Сук, ставшей его женой. На обороте, как свидетельствуют гиды, надпись: «Встречая весну на чужбине. 1 марта 1941 года. В лагере В».

Исторический снимок Ким Ир Сена с будущей женой, 1941 год. Рядом приведена надпись с оборотной стороны фотографии

Фото из архива Музея революционной славы в Мангёндэ

Мимолётная встреча боевого командира и 19-летней кореянки в 1936 году запомнилась обоим, вскоре девушка вступила в партизанский отряд Ким Ир Сена, выполняла обязанности поварихи и швеи. Смыслом её жизни стало служение Полководцу, как она неизменно называла своего командира, а потом мужа. Помочь, обогреть, защитить — жертвенность Ким Чен Сук шла от сердца. Полагая, что ватное обмундирование даст тепло и спасёт от пуль, принялась вручную шить шинель, подбивая её ватой. Вязала шерстяные пояса, носки. Порой подсовывала лакомство — горсть очищенных кедровых орехов. Однажды, не успевая высушить гимнастёрку Полководца, надела на себя, чтобы влажная ткань скорее сохла. Ради своего командира она стремилась быть лучшей на занятиях по радиосвязи, в парашютных прыжках, в подготовке по десантным операциям.

Вокруг её имени много легенд. Впрочем, даже если на 1% истории реальны, этого довольно, чтобы сквозь время проступил образ удивительной женщины и её самоотверженной любви.

Они сыграли свадьбу в 1940 году, находясь в Вятском, как вспоминал Ким Ир Сен. «Свадебная» фотография появилась через год, когда молодожёны впервые снялись вдвоём.

16 февраля 1942 года в семье капитана 88-ой особой интернациональной бригады родился сын Юрий. Впоследствии — Ким Чен Ир (в вольном переводе: «яркое солнце»), Любимый руководитель, Председатель ГКО КНДР.

Ким Ир Сен с женой и сыном

Фотография публикуется по книге Ким Ир Сена «В водовороте века»

Между тем, согласно официальной историографии КНДР, Ким Чен Ир родился в партизанском лагере в предгорьях Пэктусана. Здесь и сейчас в идеальном порядке содержится штабной дом с развевающимся флагом — ставка Ким Ир Сена времён антияпонского сопротивления. Под скалой, на которой выбито красными буквами название пика — Ченир, стоит бревенчатый дом. Внутри аскетичное убранство и низкий корейский столик, на нем лежит пистолет. В год мальчику по национальной традиции отмечали толь. Один из ритуалов праздника — предначертание жизненного пути. На корейский столик клали рис — к благополучию, перо — карьера чиновника, лук, стрелы или ножик — к судьбе военного, и ребёнок что-то выбирал. Маленький Ким Чен Ир выбрал пистолет — символ революционной борьбы, рассказывают экскурсоводы. И добавляют: Ким Ир Сен начал антияпонскую борьбу с двух пистолетов, вручённых ему отцом.


Свобода

9 августа 1945 года началось мощное наступление советских войск под командованием маршала Александра Василевского на Квантунскую армию. Интернациональной 88-ой бригаде, набравшей значительный опыт действий в тылу малыми отрядами, отводилась особая роль. 29 августа был подписан приказ о награждении 257 офицеров и солдат 88-ой бригады за выполнение боевых задач в борьбе с японскими агрессорами. Среди награждённых орденом Красного Знамени — командир 1-го батальона капитан Ким Ир Сен. С разгромом японской армии завершилась Вторая мировая война. Корея обрела свободу.

Август 1945 года. Освобождение Кореи от японских захватчиков. Советские воины помогают корейским рабочим ремонтировать паровоз

Фотохроника ТАСС

Остались свидетельства, что дальнейшую жизнь капитан Ким видел в продвижении по военной карьерной лестнице, он отлично владел русским языком, был на хорошем счету у советского командования и спустя время вполне мог выйти в Москве на генеральскую пенсию. Судьба в колоде вариантов держала для него другую карту.

Национальный герой с орденом Красного Знамени

18 сентября 1945 года из Владивостока на Вонсан взял курс пароход «Емельян Пугачёв», чтобы пришвартоваться в корейском порту, что он и сделал через сутки. Сухогруз типа «Либерти», построенный в 1943 году на судостроительной верфи в американском городе Портленде, был поставлен СССР по ленд-лизу. На таком пароходе и отправился в своё историческое плавание будущий президент Ким Ир Сен. «В день, когда мы покидали Владивосток, в море бушевали сильные волны. По обе стороны корабля поднимались громадные водяные валы и перехлёстывали через палубу. Это было поистине грандиозное зрелище», — писал он в мемуарах.

Валерий Янковский, служивший переводчиком в Особом отделе 25-й армии Первого Дальневосточного фронта был очевидцем митинга 14 октября в честь освобождения Кореи, проводимом на стадионе у подножия сопки Моран в Пхеньяне. Он вспоминал: «Стадион был переполнен. В первых рядах стояла молодёжь, многие в праздничной одежде, с хризантемами. На скамье для гостей заняли места командующий 25-й армии генерал-полковник Чистяков и член Военного совета генерал-лейтенант Лебедев. Мы переводили выступления. Ведущий объявил, что сейчас выступит герой корейского народа Ким Ир Сен. Появился молодой человек, в штатском костюме, с орденом Красного Знамени. Едва он обратился к участникам митинга, стадион пришёл в движение, молодёжь ринулась к нему с цветами. Отовсюду возгласы: „Вонсу ман се!“ — „Вождю — ура!“ (дословно: „Вождю — десять тысяч лет!“), слёзы радости и восторга. В тот день Северная Корея обрела своего национального вождя».

В 1945 году Ким Ир Сен отметил своё 33-летие.


Совершенно секретно

Магическая реконструкция да архивы — два источника, соединив которые, наверное, можно прочертить даты и цели визитов Полководца в Советский Союз. Предположительно, Ким Ир Сен встречался с Иосифом Сталиным в конспиративных поездках в Москву в 1945, 1946, 1950 и 1953 годах. В марте 1949 года визит был официальный — подписание Соглашения об экономическом и культурном сотрудничестве между КНДР и СССР. Летом 1956 года Ким Ир Сен дважды останавливался в столице Советского Союза, совершая вояж в социалистические страны Восточной Европы. Переговоры с Никитой Хрущёвым, Первым секретарём ЦК КПСС, предполагали ответный визит советского лидера. Но Пхеньян так и не дождался Хрущёва.

Кортеж Ким Ир Сена в Москве

Фотохроника ТАСС

В январе-феврале 1959 года литерный поезд мчал Ким Ир Сена, гостя ХХI съезда КПСС, в советскую столицу. Ким-старший впервые взял в Москву сына. На 18-летнего юношу путешествие, конечно, произвело огромное впечатление. В СМИ появилась версия, якобы оба Кима страдали аэрофобией. Сам Ким Чен Ир это отрицал, поясняя, что путешествие по железной дороге даёт гораздо больше впечатлений, чем просто авиаперелёт. Ким Ир Сен летал самолётом, например, в Индонезию, на встречу с президентом Сукарно в 1965 году. Из тропической страны привёз домой экзотический подарок — орхидею, возвеличенную в Корее до высот национального цветка — кимирсенхва. Другой цветок, ставший национальным символом, кимченирхва — огненный цветок семейства бегониевых — преподнёс Ким Чен Иру японский селекционер. В дни апрельских торжеств в Пхеньяне в Выставочном комплексе проходит фестиваль кимирсенхва и кимченирхва: роскошные композиции из орхидей и бегоний составляют все без исключения учреждения и предприятия страны, посвящая их Дню Солнца.

Встреча двух партийных лидеров — Ким Ир Сена и Никиты Хрущёва — в 1961 году в Москве завершилась 6 июля подписанием Договора о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи, предусматривающей, в частности, военную помощь при вооружённых конфликтах. Из Москвы Председатель кабинета КНДР отправился в Пекин, где подписал аналогичный договор, получив двойные гарантии безопасности (от СССР и Китая) в случае агрессии с Юга. Кстати, 9 февраля 2000 года в Пхеньяне министры иностранных дел России и КНДР заключили новый Договор о дружбе и добрососедстве — в нём пункт о военной взаимопомощи отсутствует.

Прогулка Ким Ир Сена по Красной площади в 1961 году

Фотохроника ТАСС

60-е годы прошлого века привели к резкому охлаждению отношений. Состояние «заморозки» взорвали беспрецедентные по своей сверхсекретности переговоры Леонида Брежнева, Генерального секретаря ЦК КПСС, и Ким Ир Сена, Генерального секретаря ТПК, во Владивостоке в 1966 году.

В разных источниках фигурируют даты двух встреч: майской 1966 года и февральской 1968 года. При этом место секретных встреч называется одно — гвардейский ракетный крейсер «Варяг» Тихоокеанского флота. Исследуя воспоминания Николая Амелько, бывшего командующего Тихоокеанским флотом, Льва Двинденко, контр-адмирала запаса, командира «Варяга», Сергея Турченко, капитана 1-го ранга запаса, и версии Игоря Безика, кандидата исторических наук, можно представить, что события развивались следующим образом.

18 мая Леонид Брежнев прилетел во Владивосток вручать Приморскому краю орден Ленина. Торжественный акт вручения награды состоялся 19 мая в полдень на стадионе «Динамо». 20 мая генсек знакомился с новостройками Владивостока, вечером присутствовал на приёме в честь Приморья-знаменосца. В Москву Леонид Брежнев отбыл 23 мая. Сообщений о Ким Ир Сене, проследовавшем, скорее всего, на поезде через советско-корейскую границу через Хасан во Владивосток, нет никаких.

Зато командир крейсера «Варяг» отмечал, что с 20 мая после тщательной проверки советскими органами госбезопасности корабль вышел «в море и ожидал высоких гостей на якорной стоянке на рейде в проливе Босфор Восточный вблизи Владивостока».

Встреча Брежнева с Ким Ир Сеном в Москве в 1961 году

Фотохроника ТАСС

В это время Леонид Брежнев и Ким Ир Сен в сопровождении командующего Дальневосточным военным округом вылетели самолётом в Хабаровск: их ждали в Вятском. Во Владивосток вернулись поздно вечером. Леонид Ильич обратился к гостю: «Завтра пойдём в море, там и поговорим».

21 мая на борт «Варяга» прибыли советская и корейская делегации — отдельными катерами. Леониду Брежневу и Ким Ир Сену преподнесли традиционные флотские подарки: тельняшки и бескозырки. Приняв гостей, крейсер взял курс на остров Русский. Густой туман как нельзя кстати окутал акваторию. Боевой корабль кружил по заливу. Шум двигателей при движении крейсера снижал возможность сканирования беседы какими-либо средствами зарубежных разведок.

Конфиденциальные переговоры начались сразу после обеда в каюте командира корабля. Предусмотренные для переводчиков стулья остались незанятыми. Зарубежный гость в равной степени прекрасно владел корейским, китайским и русским языком. Лидеры государств остались наедине. Подступы к каюте блокировали офицеры службы безопасности.

С Леонидом Брежневым Ким Ир Сен был хорошо знаком. Они общались на Третьем съезде ТПК в апреле 1956 года в Пхеньяне, куда секретарь ЦК КПСС, курировавший вопросы военно-промышленного комплекса, прибыл с советской делегацией. Личное знакомство добавляло общению доверительности, однако тема переговоров была весьма непростой. СССР стремился вернуть влияние на корейского соседа; КНДР, в свою очередь, чрезвычайно нуждалась в экономической и военно-технической помощи СССР. Версий о результатах переговоров немало, достоверная же информация до сих пор скрыта под грифом «совершенно секретно».

В гости к Ким Ир Сену

Приморские летописи хранят немало увлекательных историй дальневосточников, связанных с именем корейского президента Ким Ир Сена.

В выставочных галереях Кымсусанского мемориального комплекса демонстрируются награды Вечного президента. Экскурсоводы рассказывают, что Ким Ир Сену прижизненно было вручено 76 орденов и почти 140 медалей от 74 стран и 15 международных организаций. Находится в коллекции зарубежных наград и советский орден Ленина, на табличке дата — 1972 год. О том, с каким трудом орден был передан, спустя три десятка лет рассказал Виктор Ломакин, человек-легенда, первый секретарь Приморского крайкома партии в 1969−1984 годах. Со слов Виктора Павловича, в 1972 году он неожиданно был вызван в Москву, хотя не намечалось ни совещаний, ни заседаний, ни отчётов, но встреча должна была состояться на самом высшем уровне. Оказалось, его включили в партийную делегацию с особым поручением: в КНДР от имени советского руководства передать Ким Ир Сену орден Ленина. Неделю в Пхеньяне делегация буквально дежурила в различных местах, но Ким Ир Сен посланцев так и не принял — не по статусу!


Смена имиджа

Предыстория встречи Дмитрия Гагарова, первого секретаря приморского крайкома партии, приветствовавшего Ким Ир Сена на дальневосточной земле по возвращении в Корею, такова. Почти на два десятка лет затянувшаяся пауза в непростых отношениях Москвы и Пхеньяна прервалась 23 мая 1984 года, когда президент КНДР поездом через Забайкалье прибыл в нашу столицу. С вокзала кортеж автомобилей в сопровождении почётного эскорта мотоциклистов направился в Кремль. Подчёркивая значимость события, Константин Черненко, Генеральный секретарь ЦК КПСС, ожидал корейского вождя на площади у Большого Кремлёвского дворца. Ещё одна встреча состоялась на обратном пути, по возвращении Ким Ир Сена из турне по странам соцлагеря.

Москвичи приветствуют Ким Ир Сена на улицах города, май 1984 года

Фотохроника ТАСС

Сегодня ньюсмейкеры в первую очередь отметили бы изменения в костюме корейского президента: полувоенный френч он сменил на европейский костюм. Результатом переговоров Ким Ир Сен остался доволен: Москва согласилась на списание долгов, отношения заметно потеплели.

Пожать руку президенту

Известный путешественник Павел Конюхов вспоминал о неординарном событии в своей жизни, когда был представлен президенту КНДР Ким Ир Сену. Конюхов, объездивший на велосипеде более десятка стран, мечтал пересечь Корейский полуостров с севера на юг. В апреле 1991 года вместе с тремя друзьями он получил приглашение посетить КНДР. Из Находки велосипедисты добрались до пограничной станции Хасан. С корейской стороны для них подогнали пассажирский вагон, на станции Туманган спецвагон прицепили к пассажирскому составу, который покатил в столицу. В Пхеньяне группой вместе с пятью корейскими велосипедистами они двинулись к сопке Мансу, где в 1972 году в честь 60-летия Ким Ир Сена ему был воздвигнут бронзовый памятник.

Две недели находкинцы колесили по Корее — увы, 38-ю параллель так и не пересекли. Имена Павла Конюхова и его друзей мелькали в газетах, корреспонденты телевидения брали у них интервью. Кульминацией поездки стало приглашение на праздничный концерт, посвящённый Ким Ир Сену. Зал взорвался аплодисментами, когда вошёл Ким Чен Ир, и долго гремел овацией, приветствуя Ким Ир Сена. Он сел в кресле — всего в нескольких метрах от советских спортсменов. После концерта дальневосточников представили президенту, он крепко пожал каждому руку. На память о посещении Страны утренней свежести находкинцам вручили грамоты, сообщавшие, что они стали почётными гостями на дне рождения президента КНДР.


Интрига для моряков-тихоокеанцев

Классический поздний портрет Ким Ир Сена

Wikimedia Commons

Интересные впечатления остались у советских моряков-тихоокеанцев от посещения Пхеньяна и встречи с Ким Ир Сеном. Визит кораблей ТОФ в составе авианесущего крейсера «Новороссийск», противолодочного корабля «Адмирал Захаров» и миноносца «Боевой» в порт Вонсан проходил с 12 по 16 мая 1988 года. Однажды членов делегации подняли в четыре утра. Каждого ждал персональный автомобиль. Спустя час кортеж остановился, всем был предложен лёгкий завтрак, чай и кофе. В путь отправились после смены машин и водителей. На следующей остановке процедура повторилась: чай, кофе, смена водителей и автомобилей. Наконец, извилистая горная дорога привела к красивой резиденции. По ступенькам навстречу офицерам спустился Ким Ир Сен. С каждым поздоровался за руку. Моряки привезли подарки: бескозырки, тельняшки, макеты кораблей. Президент КНДР с большим интересом рассматривал копии боевых судов. Предложив всем вместе сфотографироваться, сам поворачивал голову так, чтобы не была видна большая, с куриное яйцо, опухоль на шее.

Немудрёные дары тихоокеанцев до сих пор в целости и сохранности и вместе с другими подарками Ким Ир Сену и Ким Чен Иру из разных стран мира экспонируются в залах Выставки дружбы народов в Мёхансане.

Не завидовать никому

В 80 лет президент КНДР садится за мемуары «В водовороте века». У него в запасе два земных года. Всё чаще он берёт бинокль и наводит его на Кладбище революционеров, где установлены бюсты соратникам по борьбе и Ким Чен Сук, рано покинувшей своего Полководца — ей было едва за тридцать. Он пережил её на полвека, боролся с ревизионистами, уклонистами, искоренял низкопоклонство, установил «правильное сочетание диктатуры с демократией», закрепил идеологию чучхе как единственно верное учение, призывал не завидовать никому, подготовил сына как достойного преемника, женился во второй раз.

Ким Ир Сен вспоминал дни своей молодости в дальневосточном краю: Амур, интернациональную бригаду, спецоперации в Корее и Маньчжурии. И свою любовь: «Я и сейчас постоянно вспоминаю Чен Сук. Хотя она несколько лет ходила в национальной одежде, почему-то мне она вспоминается не в ней, а больше в военной форме. И чаще всего вспоминается тот её образ, когда она пришла ко мне вся посиневшая от холода после того, как высушила мою одежду на своём теле. И когда перед моим мысленным взором встаёт тот образ, я и сейчас чувствую острую боль в сердце».

Рекомендуемые материалы
Гроза китов, хунхузов, браконьеров
История жизни и смерти морского волка восточных морей Фридольфа Гека
Якутская Нюрка
Нерюнгри — город с женским именем и мужским характером
Борьба невольного стиля
История создателя самбо Василия Ощепкова, легендарного спортсмена и разведчика