«Это были мои 15 минут славы»

Как живёт создатель одного из самых популярных шрифтов в мире

Наталья Шолик
15 ноября 2018
В 2014 году дизайнерские порталы назвали шрифт Braxton, который создал Евгений Тхоржевский из Приморья, одним из лучших. У художника нет творческого профессионального образования. Он — техник-строитель, который однажды всерьёз увлёкся рисованием и каллиграфией. Корреспондент DV Наталья Шолик встретилась с Евгением, чтобы узнать, как сложилась его карьера после столь крупного успеха.

Впервые по профессии

Встреча с Евгением проходит в районе автовокзала Владивостока. Через час у молодого человека автобус домой, в село Шкотово, расположенное на морском побережье. В столице Приморья Евгений появляется редко, в основном для того, чтобы увидеть друзей или дать частный мастер-класс по компьютерной графике или каллиграфии.

«Я завтра выхожу работать на стройку. Ни разу по профессии не работал, не считая производственной практики, а тут собрался, — Евгений нерешительно вертит в руках сотовый телефон и то и дело смотрит на часы. — Просто поступило хорошее предложение, а у меня — семья, решил не отказываться».

Выбор между рабочей профессией и творчеством, по словам дизайнера, стоял перед ним всегда. Однако раньше у него получалось отдавать предпочтение тому, к чему лежит и душа, и сердце. В последнее время с этим всё сложнее — на рынке появляется больше начинающих художников.

«В 2010—2011 годах было много заказов, я хорошо зарабатывал. Было мало людей, занимающихся коммерческой каллиграфией. Сейчас всё изменилось. Наверно, поэтому я иду на стройку», — говорит Евгений Тхоржевский.


Логотип за кроссовки

Творческая карьера Евгения стартовала еще в 2000-х годах. Молодёжь засматривалась передачами вроде «До 16 и старше», зачитывалась журналами «Все звезды», «Башня» и «Cool girl», а на стенах домов появлялись первые граффити. Будущий каллиграф только окончил строительный техникум в Хабаровске и искал себя в жизни.

Личный архив Евгения Тхоржевского

«Вопрос о самоопределении встал передо мной не после школы, как это бывает у многих, а уже после техникума, — вспоминает Евгений. — Я не хотел идти работать по профессии. Появилось полное отторжение. В свободное время увлекался граффити, хип-хопом, музыкой и танцами. Решил, что в этой сфере и нужно развиваться. При этом я совершенно не представлял, как делать деньги на музыке, в танцах тоже себя не видел. Рисование же казалось наиболее перспективным занятием».

Вместе с другими ребятами Евгений тогда тусовался в магазине Smartshop. Торговая точка находилась в полуподвальном помещении, там продавали скейтборды и сноуборды, кепки, футболки, кроссовки. Там и получил первый творческий заказ.

«Я познакомился с успешным предпринимателем с Камчатки. У него был свой магазин. Моим первым заказом стал логотип для этого магазина. Я сделал его всего за пару кроссовок. Потом ко мне поступали ещё предложения, но их я делал уже гораздо дороже», — улыбается дизайнер.

Первый коммерческий проект Евгения был связан с ночным клубом. Развлекательное заведение только открылось, и требовались флаеры для рассылки по электронной почте.

«В этом клубе были молодые бизнесмены, уже не те коммерсанты, которые „бомбили“ в 90-е, занимались рэкетом, а молодые и шустрые ребята, наше поколение. Я был среди них, предлагал свои услуги. Дизайн фактически никто не практиковал. Однажды ко мне обратились владельцы и попросили сделать для них флаеры, я, конечно, не отказался», — говорит Евгений Тхоржевский.

Разобрать по буквам

Развитие в сфере дизайна только на первый взгляд показалось лёгким. Очень скоро встал вопрос о том, откуда получать новые знания и где набраться опыта. Пойти учиться в вуз — нет, слишком дорогое удовольствие для молодого человека. Интернет был слишком медленным, уходили часы, чтобы посмотреть какое-нибудь видео. Поэтому оставались только книги, журналы и возможность устроиться подмастерьем.

«Я долго думал, куда пойти, выбрал производственную компанию, там был просто шикарный парк печатных машин. Вот там меня и натаскивали, всё объясняли, в частности, говорили: „Никогда нельзя отдавать клиенту „шляпу““. Под шляпой понималась любая халтура, какая-то некачественная работа. По этому принципу я живу до сих пор», — говорит каллиграф.

Личный архив Евгения Тхоржевского

После производственной компании Евгений решил работать на фрилансе, брал заказы у предпринимателей со всей России и из-за рубежа, публиковал результаты на онлайн-платформе для дизайнеров — Behance, изучал каллиграфию и рисовал граффити.

«В какой-то момент захотелось делать классные логотипы с такими шрифтами, которые создавал бы человек, а не компьютер. А любой шрифт, будь то надпись на вывеске или буквы на упаковке „Чупа-чупса“, — это в первую очередь просто письмо, которое эволюционировало со временем. Человек сначала что-то рисовал, потом изображал конкретные знаки, затем взял форму из дерева и начал печатать. Так начинается история типографики. Чтобы понять шрифт, осмыслить его, я и решил заняться каллиграфией», — объясняет Евгений.

Шрифт за 3 тысячи евро

Однажды работы Евгения на Behance заметил учредитель и основатель компании Fontfabric Станислав Симов. Он попросил дизайнера сделать нечто подобное и для него. Шрифт предполагалось назвать Braxton. Он должен был существовать и на латинице, и на кириллице. Работу оценили в 3 тысячи евро — достойная сумма по тем временам.

«От меня требовалось только создать рисунок для шрифта Braxton и перевести его в векторную графику. При этом все права на продажу принадлежали Fontfabric, — вспоминает художник. — Помню, на „буханке“ (так дизайнеры называют Behance) наш проект сразу попал на центральную страницу. А центральная страница — это своеобразный индикатор зрелости и крутости дизайнера. Рейтинги составляет очень насмотренная редакция, представители компании Adobe, которая подарила миру Photoshop, Illustrator, Lightroom, InDesign и многие другие программы, без которых сложно представить современного дизайнера. Это словно признание, что ты делаешь действительно что-то очень актуальное и качественное».

Шрифт Braxton

Личный архив Евгения Тхоржевского

После того как Евгений сделал шрифт Braxton, он не следил за его дальнейшей судьбой. В 2014 году на портале typografy.com, который пользуется особым авторитетом среди дизайнеров, опубликовали список 30 лучших шрифтов ушедшего года. Одним из них стал Braxton. Жена Евгения Дарья увидела список и опубликовала об этом новость в социальных сетях. На следующее утро каллиграф буквально проснулся знаменитым.

«Это были мои 15 минут славы. Ко мне приезжали газетчики, на местных телеканалах выходили сюжеты. При этом СМИ не совсем верно сообщали информационный повод. Они говорили, что Braxton стал самым продаваемым шрифтом, а его нельзя было назвать бестселлером. Он был просто среди самых удачных шрифтов того года. Но я адекватно ко всему относился. СМИ старались заинтересовать свою аудиторию. Я говорил, что думал, а журналисты писали то, что считали правильным», — замечает Евгений.

После шрифта Braxton Евгений взялся еще за один проект для Fontfabric. Он не был уже таким успешным. На этом сотрудничество с организацией закончилось.

Увидеть Париж

После создания шрифта Braxton в творческой карьере дизайнера были другие крупные достижения, к примеру, сотрудничество с французской группой компаний Societe Generale.

«Я как-то делал проект „Аз Буки Веди“ для галереи современного искусства во Владивостоке, это была такая классная графика по мотивам старославянской письменности, — улыбается Евгений. — Проект был полностью бесплатным, на чистом энтузиазме. Я его сделал, выложил фотографии на „буханку“ и, собственно, забыл. И вот однажды пишет мне девушка с красивым именем Симон и предлагает работу, говорит, что нужно оформить парижский офис Societe Generale. Я озвучил свои условия — 10 тысяч евро и билеты в Париж и обратно для нас с женой. Французы согласились».

Личный архив Евгения Тхоржевского

Проект, в котором предстояло поучаствовать дальневосточнику, оказался международным. Банкиры пригласили художников из разных стран, в том числе России, Японии и Индии, чтобы они оформили их новый головной офис в пригороде Парижа. Предполагалось, что стены помещений в нем станут украшать пословицы и поговорки из той страны, которую представляет каллиграф, на его родном языке. Евгению предложили расписать помещение для коворкинга.

«Я подобрал пословицы и поговорки на тему сотрудничества, вроде „Без труда не вытащишь и рыбку из пруда“ и „Дело мастера боится“. Купил моток факсовой бумаги, нанес на неё надписи. Привёз всё это в Париж. Предложил несколько почерков, несколько вариантов надписей, французы согласовали тот, который им больше всего понравился. Дальше всё это наносил на стены уже другой человек», — говорит каллиграф.

Париж стал первым городом, который супруги увидели за пределами своей страны. Раньше они никуда, даже в Китай или Японию, не выезжали.

«Самым ценным для меня в этой поездке стало то, что я смог исполнить мечту жены. Она всегда хотела увидеть Париж», — улыбается дизайнер.

«Заработаю и вернусь»

Сейчас Евгений делает шрифты для упаковки соков, берётся и за другие более мелкие заказы. И уже трудится на стройке. В скором будущем, как только вновь появится финансовая стабильность, мечтает всё равно вернуться к дизайну.

«Конечно, мне хочется делать дизайн, писать музыку — это то, чем я с удовольствием занимаюсь. Но где-то проекты долго тянутся, где-то становится меньше заказчиков. Нет стабильности. К стройке у меня меркантильный подход — пойти и заработать денег. Мы с женой ждём второго ребёнка. При этом я продолжаю заниматься дизайном, сейчас вот собираюсь освоить ещё и программы для трёхмерной графики и анимации. В будущем очень хочется открыть школу для детей — делиться авторскими разработками по каллиграфии. Но нужны деньги и нужна команда. Надеюсь, когда-нибудь всё получится», — заключил Евгений Тхоржевский.


Рекомендуемые материалы
Карточки: что нужно знать о переносе столицы Дальнего Востока
Административный центр ДФО переехал из Хабаровского края в Приморье
Дома из водорослей и соломы
Инженеры ДВФУ разработали новый тип жилья, поддерживающий экологию
Хозяйка тюленей
Как писательница Лора Белоиван помогает морским млекопитающим