Мебель с национальным изгибом

Как в Бурятии делают традиционные сундуки с применением новых технологий

Елена Самбилова
4 апреля 2019
Молодая семья Дугарон оставила привычную работу в офисе и преподавание в университете, чтобы открыть мастерскую по производству деревянной мебели с бурятским орнаментом. Сегодня это единственное в мире такое производство. Чингис и Елена рассказали корреспонденту DV о том, с чего всё началось и как случай превратился в дело всей жизни.

Всё началось с сундука для игрушек

Однажды знакомые Чингиса позвали его на мастер-класс по работе на фрезерном станке с числовым программным управлением, чтобы он потом мог учить этому коллег. После лекции нужно было проверить знания на практике. На вопрос Чингиса: «Что бы сделать?» супруга Елена предложила смастерить сундук в национальном стиле для детских игрушек.

Чингис на компьютере нарисовал чертёж с бурятским орнаментом и вырезал его на дереве. Жене очень понравилось, она предложила показать поделку в социальных сетях. Знакомые были в восторге, и уже тогда появились несколько клиентов.

Мастер делал первые работы без особого энтузиазма и поначалу не относился к этому делу всерьёз. Чингис на тот момент имел свой небольшой бизнес, продавал копировальную технику и комплектующие. Сундуки с бурятскими узорами он делал в свободное время. Елена работала преподавателем на юридическом факультете. Между лекциями и семинарами она размещала фотографии сундуков в интернете и переписывалась с клиентами.

Потом Елена создала в социальных сетях группу «Сундуки Бурятии», обратилась к организаторам свадеб в национальном стиле с предложением о сотрудничестве и попала прямо в точку.

Одна из компаний как раз проводила торжество и заодно на его основе снимала документальный фильм о традиционной бурятской свадьбе. Им нужны были сундуки для реквизита.

Буряты, кочевой народ Сибири, столетиями жили в лёгких переносных юртах, следуя к новым пастбищам для своих пяти священных животных: верблюда, коровы, лошади, овцы и козы. Такой образ жизни требовал максимальной мобильности в мебели, одежде, кухонной утвари. Ничего лишнего, только всё самое необходимое. В сундуках буряты хранили одежду, постельные принадлежности и другие необходимые вещи. Поэтому в каждой семье всегда были сундуки, как сейчас в каждой квартире есть шкаф.

«Мы даже не знали, за сколько их продавать. Нам не с чем было сравнивать цены, ведь мы первые в России, в Бурятии, кто сделал такие сундуки. Поэтому продали почти по себестоимости материала. Тогда даже не предполагали, что в будущем это станет частью нашей жизни. Нам было весело, увлекательно что-то творить своими руками, ещё и продавать», — вспоминает Елена.

После выхода фильма они не проснулись знаменитыми, но именно тогда супруги Дугарон поверили в то, что их хобби нужно и полезно людям. Работа в социальных сетях и офлайн-продвижение (спонсорство, участие в выставках на больших национальных праздниках) стали давать результат.

Таким образом Чингис перешёл от торговли копировальной техникой к созданию бурятских сундуков. Елена всё так же работала преподавателем в университете и между делом занималась продвижением. Клиенты стали запрашивать и другую мебель с разными бурятскими узорами. Например, алтарь (гунгарва, божница), столы и стулья, кровати, табуреты. Мастер старался брать любые заказы. Его супруга говорит: «Чингис понимает, как устроен мир вещей, а я понимаю, как устроен мир идей».


Чувство узора

Прежде чем создать тот или иной узор, орнамент, Чингис и Елена изучают много этнографической литературы, ездят по музеям Бурятии и России, собирают фото, книги, рисунки разных народов. Они возвращают историю в современность и дают ей новый шанс на жизнь.

Однажды супруги готовились к фестивалю старообрядцев «Раздайся, карагод». Решили сделать для выставки два сундука: русский и бурятский. Если с бурятским всё понятно и привычно, то с русским возникли сомнения. «Когда Чингис нарисовал солнце на чертеже, был один рисунок, а когда он его вырезал на дереве, я ему говорю: „Это же еврейский узор“. Его евреи использовали на каменных гробах. На что Чингис мне показал книжку „Узоры старообрядцев“. Это ощущение культуры разных стран, орнаментов нам сейчас помогает», — говорит Елена.

«Однажды наш девятилетний сын спросил у меня: „Мама, а кто делает такую мебель, как мы?“ — рассказывает Елена. — Я подумала и сказала: „Никто в мире“. Во-первых, кому надо делать в мире бурятскую мебель? Есть производители деревянной мебели, но они делают классику: просто столы, кровати и т. д. Но мне кажется, теперь людям хочется не просто стол, кровать, а чего-то большего. Можно иметь дома комод и украсить его бурятским орнаментом, тогда он будет дарить совершенно другие эмоции. Это как современное платье, но с бурятской стилизацией».

В 2016 году Дугарон участвовали в выставке народных промыслов на конкурсе «Хухюу Буряад» («Веселый бурят») и стали свидетелями удивительного случая: бабушка вела рукой дедушки по бурятским узорам на сундуке.

Оказалось, что дедушка незрячий, и бабушка показывала ему родные узоры. «Это был самый трогательный момент. У меня в глазах скопились слезы. И я поняла, что наши узоры можно не только видеть глазами, но и чувствовать руками», — рассказывает Елена.


Мебель с национальным характером

Резная мебель с этническим компонентом имеет особый характер и вытесняет обычную, классическую, считает Елена Дугарон. Как показывает практика, клиенты, заказав один предмет, обязательно возвращаются за другими. «Может, это наш собственный маркетинговый ход, чтобы наши клиенты вновь и вновь возвращались к нам за новыми предметами своего интерьера. Мне кажется, наша мебель для таких же смелых и безумных, как мы», — смеётся Елена.

Недавно семейный бизнес вышел на новый уровень. Комплект мебели заказал этнографический музей Бурятии для большой стационарной юрты, где проходят тематические мероприятия для разной аудитории. Кроме того, буддийские дацаны стали запрашивать стилизованную современную мебель.

В Бурятии есть много кафе и ресторанов с национальной кухней. Оформление их помещений тоже требует современной мебели с бурятскими орнаментами.

«Мы даём возможность использования традиционных узоров, орнаментов в повседневной жизни. Мы делаем утилитарную, абсолютно функциональную мебель, и она с национальным узором. Это позволяет узору жить», — говорит Елена.


Рекомендуемые материалы
Тесто взрослой жизни
В «Школе дальневосточной кухни» дети, оказавшиеся в сложной жизненной ситуации, пробуют готовить своими руками еду и думать о будущем
Три родины Валерия Перелешина
Литературовед Евгений Витковский и славист Ян Паул Хинрихс о последнем крупном поэте «русского Китая»
Быстрые катамараны и рука из растворимого пластика
Что изобрели подростки Дальнего Востока