Турбизнес на краю света

Как иногда на Чукотке поездка превращается в пеший тур

Сергей Сысойкин
9 января 2020
Предприниматель из Певека Игорь Ранав уже несколько лет практически в одиночку занимается туристическим продвижением самого северного города страны. Независимый туроператор рассказал DV о маршрутах, зарубежных гостях и об олене-альбиносе Яшке, который обещает вырасти в бренд.

Певек — небольшой заполярный городок с пятитысячным населением на берегу одноимённого пролива в 640 километрах от Анадыря. Несмотря на сложную транспортную доступность, сюда регулярно едут туристы.

Игорь Ранав пришёл в турбизнес случайно, откликнувшись на просьбу учёных из Сибирского филиала Российской академии наук в 2014 году. Они должны были приехать в Певек, чтобы изучать жизнь коренных жителей Чаунского района. Игорь встретил учёных в аэропорту, отвёз в село Рыткучи, а потом переправил в стойбище к оленеводам.

«До этого я занимался благоустройством Певека в сфере ЖКХ и ритуальных служб, а также обслуживал вертолётные площадки. Со временем я понял, что этнокультурный и экологический туризм во многом основан на показе жизни коренных жителей региона, которую я хорошо знаю, потому что вырос в этой среде. Я вижу, что людям нравится культура оленных чукчей, и туристы покидают Чукотку в полном восторге», — рассказывает Ранав.


Случайный пеший тур

В 2008 году Ранав побывал на Аляске и там наблюдал за опытом коренных жителей, которые показывали туристам свою культуру и спортивные состязания. В 2011 году Игорь прошёл весь Северный морской путь от Певека до Мурманска, везя с собой ярангу на танкере «Варзуга» в финский город Суомуссалми. Там он познакомился с жизнью саамов.

«У них тоже есть олени, которые обычно пасутся в загоне. Когда к саамам приезжают гости, они готовят национальную еду из оленины, показывают чум, организовывают рыбалку на озере. Также туристы сами кормят оленей и охотно фотографируются с ними. Я поговорил с коллегами и предложил показывать ещё и метание аркана. Я сделал похожую гостевую программу на два-три часа у себя на базе возле Певека», — рассказывает Ранав.

Северный туризм — это порой и экстремальные ситуации. Однажды к Ранаву приехала съёмочная группа из Франции, которая искала площадку для съёмок фильма по роману Юрия Рытхэу «Скитания Анны Одинцовой». Игорь повёз их в девятую бригаду оленеводов, но машина застряла в тундре, и группе пришлось преодолеть девять километров пешком с рюкзаками. Так туроператор опытным путём выяснил, что туристам интересны и пешие туры. Французы увидели жизнь и быт оленеводов в ярангах, готовили с ними на костре еду, наблюдали за дикими оленями в тундре. Как шутит сам Ранав, недостатка в клиентах теперь у него нет, поскольку в социальных сетях успешно работает «торбазное» радио, где туристы охотно делятся незабываемыми впечатлениями о поездке на край земли.


Поездки на Чаунлаг и олень-альбинос Яшка

Закупив новую технику, Игорь предлагает туристам сразу несколько видов досуга — катание на снегоходах, квадроциклах, катере, выезд на вахтовке в оленбригады, на природный памятник Кекуры (каменные останцы).

В морскую часть программы входят поездки на мыс Чаячий, находящийся в 36 километрах от Певека. На мысу располагается ныне закрытый посёлок Янранай. Там есть старые стоянки оленеводов, некоторым из них более ста лет. Предприниматель хочет показывать туристам и закрытую полярную станцию Туманная, она стоит среди камней на мысе Шелагский.

«Там можно сделать частичный ремонт, чтобы люди могли останавливаться на ночлег. Сейчас мне необходимо внести изменения в устав организации и официально зарегистрировать её как туроператора. В этом случае у меня появится возможность получать субсидии от Ростуризма на развитие туризма на Дальнем Востоке. Сейчас у меня в компании есть один катер, скоро запускаем второй. На катере выезжаем на остров Роутан в семи километрах от Певека — там можно погулять, устроить пикник, пособирать грибы и ягоды. Там есть домики, их также надо подремонтировать, сделать печку, остеклить, завезти дрова», — рассказывает предприниматель.

Еще Ранав вывозит туристов на бывшие постройки Чаунского исправительно-трудового лагеря — лагерного подразделения, действовавшего в структуре Дальстроя. Именно там добывали уран для первой атомной бомбы СССР. Сначала туристы посещают соответствующую экспозицию в Чаунском музее, а потом едут за несколько километров от города, чтобы увидеть условия, в которых работали люди.

Оленёнок Яша и лайки-самоеды

Личный архив Игоря Ранава

За привлечение гостей в Певек с недавнего времени отвечает оленёнок-альбинос Яшка. С ним фотографируются все гости города, а сам Ранав называет животное своеобразным брендом своего бизнеса. Когда Игорь жил на Айоне (одно из самых отдалённых сел района), на перевалбазе «Волчий» оленевод Миша Касьяненко подобрал двух телят — мальчика и девочку — и вырастил их в свинарнике. После этого Ранав тоже решил взять мальчика и девочку, но неспособных к выживанию в условиях стада. Яшку удалось выходить и подлечить суставы. Как только оленёнок смог ходить, его перевели в вольер к самоедам — Умке и Талисману.

«Бывает, что Яшка отцепится и сам гуляет по городу, жители звонят и говорят — Игорь Саныч, ваш олень ходит по подъездам. Там он прячется от комаров и отдыхает. Мы планируем воспитать из него ездового оленя, чтобы Дед Мороз мог развозить на олене новогодние подарки детям. В будущем Яшка может стать визитной карточкой Певека», — рассказывает Ранав.


Оленеводческий биатлон

Однажды Игорь попал на соревнования по оленеводческому биатлону. В состав состязаний вошли бег на лыжах, стрельба из пневматической винтовки и гонки на снегоходах. Ранав предложил добавить в соревнования метание чаата (чукотского аркана) по бегущей и летящей мишеням.

Личный архив Игоря Ранава

«Оленеводческий биатлон пропагандирует традиции коренных народов. Без владения арканом не могла нормально прожить семья в тундре. С его помощью можно было поймать оленя на забой, кочёвку или для изготовления меходежды, которую нужно было обновлять каждый год для кочующих оленеводов. Мы уже получили президентский грант в размере 1,3 миллиона. Они пойдут на закупку спортинвентаря, брезентовой палатки, приезд и размещение участников, съёмку документального фильма. Я хочу купить квадрокоптер, чтобы качественно снять состязания, а в будущем можно использовать технику, показывая нашу землю туристам, запечатлевая их поездки в тундру и даря диск на память», — рассказывает туроператор.

Соревнования пройдут в Певеке в конце апреля — начале мая, а прошлой весной Игорь провёл пробный турнир. Ранав планирует пригласить на соревнования айонских оленеводов, многие из которых классные ловцы арканом. К сожалению, констатирует Игорь, сейчас работники тундры мало используют аркан, а больше огнестрельное оружие. Поэтому соревнования станут не только хорошим примером событийного туризма, но и покажут древние традиции оленеводов.


Сверхзадача

Ранав считает, что ведение бизнеса на Чукотке во многом несёт важную социальную функцию. Своей сверхзадачей предприниматель видит организацию этнокультурного турбизнеса, который бы помогал самим оленеводам.

«Такого нет нигде в мире, и очень скоро может вообще не стать. Мне хотелось бы, чтобы у совхоза было большое стадо с работающими людьми, чтобы туда приезжали туристы, могли пожить там два-три дня, с кочёвками, ночёвками в пологе. Так, как жили сто лет назад наши родные и близкие. Важно, чтобы оленеводы могли зарабатывать дополнительные деньги от туризма и развиваться дальше, наращивать стадо, привлекать кадры, развивать традиции в одежде, праздниках», — отмечает Ранав.

Для продвижения своего бизнеса Игорь разработал фирменный логотип — Ранавлэнд. Все его компании носят чукотские названия — Унпэнэр (звезда), Лъи Ораветлят (настоящие люди), Винрэттумгыт (друзья, помощники). Как отмечает сам Ранав, это важно — чтобы чукотский язык непременно звучал и был узнаваемым у российских и иностранных туристов.


Рекомендуемые материалы
С осьминогами на равных
Как дальневосточные дайверы ищут затонувшие корабли
Отец дальневосточной науки
В этот день родился знаменитый ботаник Владимир Комаров
Задача для «Камчатских хацкеров»
Какие решения разработали участники хакатона «Цифровой прорыв» на Дальнем Востоке