За икрой и комсомольскими стройками

Переехавшие на Дальний Восток рассказали, почему приняли такое решение и как их встретил регион

Юлия Смирнова
2 октября 2017
Вид ночного Владивостока
Согласно опросу ВЦИОМ, главный стимул для переезда на Дальний Восток, который назвали россияне, — интересная высокооплачиваемая работа. Также на восток страны едут для карьерного и профессионального роста. О своей личной мотивации, мнениях о регионах и открывающихся возможностях четверо переселенцев рассказали DV

Из Москвы, Петербурга, Краснодара и Липецка, Казани и Самары, кемеровчане и челябинцы — сотни жителей европейской части страны становятся новыми жителями Дальнего Востока. И, согласно опросу ВЦИОМ, так готовы поступить 40% россиян, при условии наличия интересной высокооплачиваемой работы. В первую пятёрку «мотиваторов» также вошли большие возможности для карьерного и профессионального роста.

Едут за комсомольскими стройками и длинным рублём. Цена на дефицитный товар, по законам жанра, растёт, и уже сейчас заработная плата в регионах ДФО на 20% выше общероссийского уровня. По прогнозам экспертов, в ближайшие годы стоимость квалифицированного труда в регионе закономерно будет дорожать. Какие «стройки века» и почему привлекают людей на Дальний Восток, о перспективах и сложностях переезда — в четырёх историях переехавших.


«Всегда мечтал построить фабрику»

Вадим Михайлов, начальник управления по обогащению угля УК «Колмар». Кемерово — Нерюнгри (Республика Саха (Якутия)

— Первая мысль была — «куда я попал»? Правда, было это 10 лет назад, во время командировки в Нерюнгри. За эти годы в городе сильно ничего не изменилось, он требует ремонта и внимания. Зато появилась настоящая стройка века — таких масштабных проектов в угольной промышленности не было с советских времён. На Денисовском ГОКе возводится обогатительная фабрика производственной мощностью в 6 миллионов тонн угля в год. Она будет выпускать концентрат коксующихся углей — очень востребованный на мировом рынке продукт. Если всё пойдёт так, как задумано, то это большое дело не только для Дальнего Востока, но и для страны в целом. Да и для города станет мощным стимулом к развитию.

Привыкать к новому городу некогда — рабочий день с раннего утра и пока не надоест: встречи с проектировщиками, технологами, поставщиками оборудования, строителями, от маркшейдера до монтажника — фабрика должна быть запущена уже в начале следующего года, стройка в самом разгаре.

Горнообогатительный комбинат в Нерюнгри

Максим Шеметов / ТАСС

Строятся крытые галереи для конвейерных лент, угольные склады, корпуса фабрики — всё по последнему слову техники. После стагнации Кузбасса самые яркие впечатления от переезда у меня от того, что здесь затеяли. Почему переехал? А я всегда мечтал построить фабрику.

Сразу вслед за запуском начнём строительство ещё одной фабрики производственной мощностью в 12 миллионов тонн и станем одной из крупнейших угледобывающих компаний России. Именно здесь, на Дальнем Востоке, сегодня находятся главные стройки страны. И быть участником этого процесса — очень здорово.

Когда ехал, были опасения, что не вольюсь в коллектив, и предложение казалось не совсем однозначным, но главное тут сейчас — это стройка, и всё подчинено её процессу. Пока всё логично и оправданно. Коллектив свеженабранный, приезжих много, но нужно больше. В Нерюнгри столько не наберём. Ребята подобрались хорошие — с такими можно горы свернуть.

Говорят, что лето в этом году удалось, я думал будет хуже. Природа красивая, успел осмотреться, и горнолыжка есть, не такая, конечно, как у нас в Кузбассе, но есть, скучать не придётся.

Переезжать, конечно, непросто, но я привык. Последние лет 10 мобилен. Уже переезжал в пределах Кузбасса за 200 километров, и мы с женой решили — где 200 км, там и 2500. Так с одним чемоданом и летаю. Только икона моя всегда со мной. А недавно жена ко мне переехала, вдвоём точно легче будет.


«Работаю на курорте»

Роман Мольский, начальник отдела автоматизации ССК «Звезда». Москва — Большой Камень (Приморье)

— Единственное, что я знал о Дальнем Востоке, что здесь море красной икры, и сразу, когда приехал, наелся её вдоволь. Первое впечатление на приморской земле — это же курорт! Приморье чем-то напоминает Крым. Решил переехать, потому что понял: хочу работать на «Звезде» (строящаяся современная судоверфь в Приморском крае — DV).

Строительство ССК «Звезда»

Юрий Смитюк / ТАСС

Я много слышал об этом проекте, начал читать, узнавать про вакансии. В Москве было комфортно, но не вдохновляюще. А тут масштаб производственных процессов поражает грандиозностью. Это же бесценный опыт и просто кладезь информации. Моя задача — максимально всё автоматизировать. То, что раньше было тяжёлым ручным трудом, сейчас высокотехнологичное современное производство, требующее особых знаний и компетенций. Приходится постоянно учиться, но я делаю это с удовольствием.

Работа на стройплощадке просто кипит. Рассказал друзьям о своей работе, так они теперь тоже на Дальний Восток собираются. Работы на всех хватит. Жена ждёт с нетерпением, когда заберу её к себе. Скоро в Большом Камне достроят ещё один дом для работников судоверфи, получу служебное жильё и перевезу в Приморье семью. Сам городок похож на один из районов моего родного Курска. А вокруг — прекрасная природа, сопки, море, и чем дольше я здесь нахожусь, тем больше мне нравится этот край. По сути, я работаю на курорте — это же просто мечта!


«Возвращение домой»

Анна Шитц-Булавина, руководитель направления стратегического развития и маркетинга «Морской волк. Создание киноисторий» в структуре холдинга «Росстройконсалтинг». Санкт-Петербург — Владивосток (Приморье)

— Мне довелось пожить во многих городах, в том числе в двух столицах. В Москве оказалась как порядочная жена декабриста. Уже через три недели работала в одном из подразделений федерального медиахолдинга. Ещё через два месяца меня повысили до директора по развитию, и я искренне наслаждалась, являясь частью этого потрясающего живого организма. Но в свободное время приходила на берег озера, мы жили в хорошем спальном районе Москвы, садилась и закрывала лицо ладошками так, чтобы в поле зрения оставалась только вода, и представляла, что это море… Говорящий психологический жест. Мне, человеку, выросшему на большой воде, на берегу могучего Енисея в Красноярске, отучившемуся в Риге (а там какое-никакое, но море) и вставшему на крыло во Владивостоке, было тесно. В тот момент я поняла, что мой главный ресурс — море. И моя большая семья. Жутко скучала по Владивостоку, хотелось вернуться.

Владивосток занимает особое место в моей жизни. Здесь я получила второе образование, прошла профессиональное становление. Здесь выросла моя дочь. Но, как это часто бывает в океане, неожиданный шторм в одночасье разрушил нашу жизнь. Решение нашла дочь: «Мама, а давай уедем в Питер». И мы посреди учебного года улетели в никуда.

Вид на бухту Золотой рог во Владивостоке

Юрий Смитюк / ТАСС

Санкт-Петербург спасал своей красотой, энергетикой и возможностями. Я работала в прекрасной компании — лучшем брендинговом агентстве северной столицы, входящем в тройку лучших в России, получила потрясающий опыт, который можно применить где угодно. Лет, наверное, семь я про Владивосток и не думала, но однажды дочь уехала на каникулы из Питера к бабушке в Приморье и осталась. Меня хватило ещё на два года. Я скучала по семье, по друзьям. Поехала в отпуск, и решение созрело прямо в аэропорту, с первым вдохом родного солёного воздуха: с того момента я была готова рассматривать предложения. Да, я возвращалась с некоторой настороженностью, но друзья с гордостью везли меня по новым дорогам и развязкам, рассказывая, как много тут изменилось за последние годы.

Объективно сейчас Дальний Восток — самый развивающийся регион России, всё самое интересное происходит именно здесь. Столько интересных проектов! Новая нормативно-законодательная база, позволяющая дальневосточному бизнесу развиваться ускоренными темпами, создаёт в регионе особый психологический климат. Он правда очень особенный. Свободный, независимый и образованный, с совершенно своим темпом жизни и характером.

Дальневосточники — действительно люди с иным мышлением, активные, инициативные и деятельные, крепкие духом и очень искренние. Как говорят на западе России, «проветренные» — то есть с ясным умом и без «плесени» в голове. Потомки первопроходцев, люди с целеполаганием, не ждущие хорошей погоды или удачного момента, а «хочу и буду», «беру и делаю». Недаром они так востребованы в других российских регионах, многие из них делают успешную карьеру и занимают высокие посты в крупных компаниях и структурах. Многих жителей Дальнего Востока ведёт на запад жажда знаний и нового опыта, получив которые, они ищут новую точку приложения своих усилий. Но сейчас эта точка — именно Дальний Восток. Я рада, что нашей уникальной земле дали новый виток развития и внимание, которого она заслуживает. И я хочу быть частью этого процесса.

Свой переезд во Владивосток я называю не иначе как возвращением домой. Да, мне пришлось оставить весь тот комфорт, которым я себя окружила в Питере. Да, здесь нет «Океев» и «Ашанов». Да, Владивосток всё ещё несколько провинциален, но в нём столько компенсирующих моментов, что я всё равно возвращаюсь сюда.


«Заживём, как якутяне»

Михаил Фотеев, начальник цеха автоматических систем управления технологическими процессами ГРЭС-2. Березняки (Пермский край) — Якутск (Республика Саха (Якутия)

— Мой родной город Березняки в Пермском крае в общем-то угасает: закрываются предприятия, под ногами проваливаются улицы, я не видел никаких перспектив ни для себя, ни для моей семьи, кроме как получить через год сокращение и непонятную должность. Как подачку. И тут мне предложили работу, которую я хорошо знаю и умею выполнять. В Якутске, на строящейся ГРЭС-2. Поехал не раздумывая. Город понравился, он больше и комфортнее родного: отличный аэропорт, красивые улицы и дома. А главное — нет никаких химических производств, как в Березняках, люди здоровее.

Якутская ГРЭС

Вадим Скрябин / ТАСС

Работа сложная. Не ожидал, что настолько. Нет, я своё дело знаю — принять оборудование и обучить людей. Первым делом проехал по учебным заведениям, набрал команду. Но персонал неопытный, с ними заниматься нужно упорно день и ночь, чтобы запустить станцию. Сроки поджимают, скоро запуск, процесс осложняет некоторый бюрократизм и формализм. Процессы ещё не отлажены, нужно выстроить систему.

В ведении моего цеха фактически всё управление станцией, везде компьютеры, сложные системы, требующие высококвалифицированных специалистов — ращу вот. Ведём приёмку оборудования, нужно научить их всем новшествам. Сошёлся уже со многими людьми, хотя, когда ехал, переживал: смогу ли поладить, набрать нужные кадры.

Климат очень нравится — сухой, много солнца; лето удивило — гораздо лучше, чем на родине. Думаю, что и зима не разочарует. В этом городе гармонично переплелись якутская и русская культуры, и удивительно — здесь ещё живёт дух советской эпохи в лучших своих проявлениях. Как будто попал в прошлое. Очень импонирует.

Вообще, я хотел бы здесь остаться, перевезти семью. Ключевой вопрос, как всегда, квартирный. Строят жильё на берегу реки Лены, но оно очень дорогое, не сравнить с Березняками. Надеюсь, решится этот вопрос — поможет нам как-нибудь работодатель, и заживём как якутяне.


Рекомендуемые материалы
Правда или миф?
Тест, который покажет, что вы знаете про заблуждения о дальневосточных регионах
Карточки: что нужно знать о бесплатной раздаче земли
Кто и как сможет получить один гектар на Дальнем Востоке