«МЕДВЕДИ КАМЧАТКИ»

      Как снимали самый необычный фильм о жизни косолапых



В конце апреля в Москве на фестивале документального кино «ДОКер» состоялась национальная премьера фильма «Медведи Камчатки. Начало жизни» режиссёров Владислава Гришина и Ирины Журавлёвой. Это история двух медведиц и их детёнышей — Самапятой с четырьмя малышами и Теслы с двумя медвежатами. Документалисты проследили за ними весь первый, самый насыщенный год их жизни — от выхода из берлог весной до поздней осени, когда они снова впали в зимнюю спячку.



Трейлер фильма «Медведи Камчатки. Начало жизни»



Земля медведей


«Медведи Камчатки» — особенный фильм, отличающийся от привычной природной документалистики двумя принципиальными моментами: во-первых, основные съёмки практически беспрерывно длились на протяжении семи месяцев — это беспрецедентно долгий срок, а во-вторых, у фильма не было сценария — он показывает жизнь медведей такой, какая она на самом деле — без стандартных драматургических приёмов и киношных трюков.


— О фильме мы с братом Дмитрием задумывались давно, тем более что он последние десять лет постоянно снимал именно камчатских медведей. Толчком стала французская картина «Земля медведей». Я ужаснулся тому количеству ошибок, неточностей, которыми просто изобиловал фильм: там квакали лягушки, которых на озере не было и в помине, медведи представали какими-то нереалистичными. Нам захотелось сделать правдивый, достоверный фильм, — делится идейный вдохновитель картины Игорь Шпиленок, один из самых известных в России фотографов-натуралистов, основатель заповедника «Брянский лес».


Но масштабный проект требовал совершенно иного подхода, других навыков и командной работы — таким опытом братья Шпиленок (младший брат Игоря, Дмитрий — главный оператор проекта) на тот момент не обладали.


— Кино — коллективная вещь, её должна делать группа людей. Для фильма, в отличие от фотографии, нужен бюджет, нужны люди, которые умеют работать с деньгами. Мы сами немножко разгильдяи, непригодные к той правильной работе, когда нужен фандрайзинг, необходимо сколотить команду. Мы знаем, как жить в дикой природе, как снимать животных, а вот для всего остального нужны знающие люди. И тогда мы очень удачно встретились с Ириной Журавлёвой — она разделяет те же ценности, что и мы, но живёт как раз в том, несколько «другом мире». В итоге эта встреча стала знаковой — Ирина блестяще выполнила свою работу! — рассказал Игорь Шпиленок.



фильм показывает жизнь медведей такой, какая она на самом деле. В это сложно поверить, глядя на красивейшие кадры



От первого разговора до старта самих съёмок прошло не больше двух месяцев. Игорь Шпиленок улетел на Камчатку в Кроноцкий заповедник искать медвежьи берлоги, а Ирина Журавлёва, продюсер из Перми, основательница арт-проекта «ЛЕС», занимавшаяся различными культурными проектами в сфере охраны окружающей среды, по-прежнему не совсем понимала, во что ввязалась. Все сомнения разрешил настоящий знак свыше.


— Я увидела у знакомой в фейсбуке новость о найденном в центре Перми медвежонке-сироте и решила, что просто обязана его спасти, ведь накануне, во время подготовки к съёмкам, я узнала об уникальном Центре спасения медвежат-сирот Пажетновых, где его могли реинтегрировать в дикие условия, и вместе с моими единомышленниками принялась за дело, — вспоминает она.


У Ирины было всего два дня, чтобы «совладать» с краевым охотнадзором, ветеринарами и дрессировщиком, которому передали пойманного медвежонка, и организовать законный вывоз малыша в Тверскую область в Центр Пажетновых. И команде Ирины это удалось. Этот пермский медвежонок Мася и стал тем знаком, после которого отступать от проекта фильма было уже нельзя.




«Камчатская болезнь» в тяжёлой форме


Когда решение было принято окончательно, колёса кинопроизводства закрутились с невероятной скоростью. Было придумано название для киностудии — LESFILM/«Лесфильм», создана страница в фейсбуке, начавшая быстро набирать подписчиков. В апреле 2015 года был запущен сбор средств на краудфандинговой платформе «Планета.ру». Большую роль в его успехе сыграла известность Игоря Шпиленка, который ведёт популярный в «Живом Журнале» блог, где делится уникальными фотографиями и историями своих путешествий по заповедной России. Лояльная аудитория быстро откликнулась на зов о помощи. Первоначальной целью кампании были 2,5 млн рублей, которые удалось собрать с запасом к ноябрю. «Медведей Камчатки» поддержали более 1500 человек со всего мира. Собранной суммы хватило, чтобы закончить съёмки и начать монтаж. Но на полный постпродакшен и необходимые досъёмки в 2016 году этой поддержки было недостаточно. По самым скромным прикидкам, такой масштабный проект мог обойтись в 10 млн. И это при условии его некоммерческой основы, когда большую часть работы команда делала практически на безвозмездном энтузиазме.





Где искать такую сумму, было непонятно — фильм дебютный, у студии нет какого-либо серьёзного киношного бэкграунда. Она не была оформлена в формате НКО — это не позволяло рассчитывать на государственные гранты и поддержку крупных благотворительных фондов.


И снова выручило неравнодушие. Съёмочной команде написал Дмитрий Суханов, интересующийся фотографией и природой Камчатки. Он очень хотел поддержать фильм и в итоге стал его инвестором и сопродюсером, вложившим в производство недостающие деньги.


Это действительно смелый поступок — никогда ещё документальные картины о природе в России не зарабатывали денег. Но сейчас, после выхода фильма, Ирина и её команда гордятся ролью «первопроходцев» и не сомневаются, что деньги удастся вернуть. Правами на телевизионные трансляции заинтересовались крупные западные дистрибьюторы. При условии, что это неформатное коммерческое кино, прокатчики всё же проявили к нему заметный интерес — фильм планируется показать как минимум в 15 городах России.


— Сейчас фильм показывают по всему миру на фестивалях, осенью планируется кинотеатральный прокат, после — премьеры на ТВ и выход в интернет, — рассказывает Ирина Журавлёва.





Бюджет фильма удалось значительно сократить, практически исключив расходы на обслуживание со стороны заповедника. Оператор Дмитрий Шпиленок — не чужой человек для Кроноцкого заповедника. Он долгое время работал его инспектором, участвовал в оперативных мероприятиях по борьбе с браконьерством. Администрация заповедника во всём шла навстречу кинодокументалистам — помогала с доставкой продуктов и снаряжения, заброской съёмочной группы. К тому же у Дмитрия, присутствовавшего на «съёмочной площадке» практически безвылазно все эти семь месяцев, были своя лодка, жилище и помощники-волонтёры. Охрана из сотрудников заповедника, которая сопровождает здесь многочисленные туристические группы, не требовалась — Дмитрий и его команда прекрасно понимали психологию медведей и с успехом избегали конфликтных ситуаций.


— Вообще не помню, чтобы кто-то отказал нам в помощи. Сотрудники Кроноцкого заповедника не только предоставили медведей, но и помогали с транспортом, инспекторами, сопровождением. Помогали местные жители. Один рыбопромышленник даже предоставил вертолёт, чтобы отвезти группу на место съёмок. Бесплатно помогали студенты, учёные — специалисты по медведям. Конкурс был просто огромный — столько людей были готовы поработать бесплатно ради нашей общей идеи. Дима из Вильнюса, попавший в нашу группу, в итоге приезжает на Камчатку каждый год, работает с учёными, с заповедником. Это «камчатская болезнь», причём проходит в тяжелой форме, — смеётся Игорь Шпиленок. — Один раз посетив Камчатку, уже не сможешь забыть её и захочешь возвращаться сюда снова и снова.




Камеры в лапах медвежат


Съёмки фильма были тяжёлым и одновременно увлекательнейшим занятием. Уже в мае удалось получить первые кадры медвежат, только что вышедших из берлоги. В весенние съёмочные дни дул сильный штормовой ветер, Дмитрия приходилось укрывать снегоходными нартами и зарывать в снег, чтобы хоть как-то избежать тряски камеры и раскачивания штатива.


Фильм как раз начинается с этих трогательных кадров — крошечные лохматые медвежата прячутся в шерсть матери Теслы, дремлющей на первом солнышке после долгого мрака берлоги. Едва открывшимися подслеповатыми глазами, впервые увидевшими солнечный свет, медвежата впитывают снежные просторы вокруг себя, пробуют на вкус веточки стланика и неуклюже играют друг с другом.


Вслед за самой весной медведи перебираются на берега Курильского озера, которое является крупнейшим в Евразии нерестилищем нерки — уникальной кормовой базой для многочисленных медведей. Здесь съёмочная группа нашла вторую героиню фильма — медведицу Самапятую с четырьмя детёнышами. Это имя досталось ей по наследству от прапрабабушки, которую так назвал Анисифор Крупенин, легендарный первооткрыватель Долины гейзеров начала 1940-х, — четверо медвежат, а «сама пятая».



Фильм начинается с трогательных кадров: медвежата прячутся в шерсть матери Теслы, дремлющей на солнышке



В особенно удачные для рыбной ловли дни на берегу озера могут собираться до полутысячи особей — такой концентрации бурого медведя нельзя наблюдать больше нигде в мире. Скученность и обилие пищи создают неповторимые условия для развития социальных связей между хищниками. Им приходится мирно взаимодействовать между собой, находить общий язык и учиться уступать друг другу — медведицы с медвежатами, молодые лончаки и матёрые самцы полдня проводят на мелководье за рыбной ловлей, а оставшуюся часть спят на берегу. Медведи обладают ярко выраженным индивидуальным характером — некоторые из них вполне позитивны и даже имеют чувство юмора, неприятности людям может доставить только их излишняя любознательность. Другие — напротив, угрюмы и агрессивны, предпочитают одиночество и не терпят лишних свидетелей своей частной жизни.


Люди вполне гармонично вписались в эту «тусовку». Нередко можно было наблюдать картину, когда съёмочная группа, работающая на близком расстоянии от «актёров», сама становилась объектом наблюдения и интереса со стороны медведей. Именно поэтому вместе с оператором всегда работал волонтёр, который оберегал его от излишнего внимания хищников и предупреждал о появлении медведей с тыла. Особой популярностью в этой роли пользовался вильнюсский волонтёр Дмитрий Воронов, чей внушительный рост в два метра действовал на медведей отрезвляюще.


Продюсер фильма Ирина Журавлёва говорит, что без волонтёров проект бы не удался. Когда объявили о наборе группы, от желающих не было отбоя, но поехать смогли далеко не все. Большую часть добровольных помощников удалось найти на месте из числа научных работников, местных жителей и сотрудников заповедника. Они выполняли весь спектр работ — от готовки до научного обеспечения съёмок.


Не обходилось и без проблем, сопутствующих любому масштабному проекту.


— Иногда мы теряли наши семьи медведей, ведь они не обременены сорока килограммами оборудования, которое мы несём, и передвигаются гораздо быстрее человека. Захотелось им сбегать через стланик на 20 км — они побежали, а у нас паника, что мы их больше никогда не найдём и фильм не получится. Но мы их всегда находили, — улыбается Игорь Шпиленок.


Сами медведи стали участниками съёмочного процесса. У группы было несколько камер GoPro, которые операторы расставляли на берегу, чтобы заснять медведей максимально близко. Однако любопытные медвежата спутали их с новыми игрушками и с удовольствием пробовали на зуб, бегали снимать свою родню и порой просто закидывали их в воду, чтобы посмеяться над людьми, пытающимися по пояс в реке их отыскать.



Эти кадры не вошли в фильм



Нерест нерки продолжается с июля до поздней осени — за это время похудевшие после зимней спячки медведи превращаются в мохнатых красавцев, еле передвигающих ноги из-за внушительного запаса жира. Вместе с уходом нерки начинают разбредаться и медведи — они дожидаются самой плохой погоды, пасмурной и снежной, чтобы без свидетелей скрыться в своих тайных берлогах. В ноябре съёмки основной части фильма подошли к завершению, лишь в следующем году в конце лета операторы съёмочной группы снова навестили Курильское озеро, чтобы доснять натурные сцены и провести съёмки с квадрокоптера (которого медведи здесь, кстати, совсем не боятся).



Сценарий от самой природы


Ирина Журавлёва говорит, что, когда команда приступила к монтажу фильма, у неё еще не было конечного представления о том, каким он должен быть.


— Непросто создавать фильм более чем из десяти терабайт отснятого материала, но при этом было стойкое ощущение, что фильм уже существует в некоем творчеством пространстве — оставалось только найти к нему дорогу, — делится продюсер.


Эту дорогу удалось найти вместе с режиссёром монтажа Владиславом Гришиным (который впоследствии стал режиссёром фильма вместе с Ириной) и всей командой постпродакшена, проникшейся идеей проекта. Работа по монтажу, озвучиванию, цветокоррекции и написанию и сведению музыки заняла почти два года.


Самым сложным было отобрать нужный материал из сотен часов съёмок — слишком многие сюжеты претендовали на попадание в жёсткий хронометраж. На первых этапах работы команда даже наняла сценаристов, которые написали несколько вариантов сюжетных линий для фильма, но в итоге все эти сценарии были отброшены — сама природа написала лучший сценарий, который оставалось только выудить из более чем десятка терабайт отснятого видео.





— Мы пытались сделать всё максимально корректно, в соответствии с реальностью. Можно было бы добавить в фильм какой-то драматургии с точки зрения кино, но мы сознательно не стали этого делать, — рассказывает Журавлёва.


На финальном этапе работы композитор Георгий Химорода из Нижнего Новгорода написал музыку, а художник-мультипликатор Нина Бисярина из Екатеринбурга создала акварельную анимацию для вступления и заключения фильма, демонстрирующих самый интимный момент медвежьей жизни — таинство залегания в берлогу и выхода из неё.


Много копий было сломано вокруг закадрового голоса. В первом варианте фильма предполагался длинный научно-популярный комментарий, подробно сопровождавший все события, происходящие на экране. Тщательно выверенный информативный текст был подготовлен при участии научных консультантов фильма: доктора биологических наук, ведущего специалиста по бурому медведю в России Валентина Пажетнова, консультанта научного отдела ФГБУ «Кроноцкий государственный заповедник» Александра Никанорова и самого Игоря Шпиленка. Однако в финальном варианте от закадрового текста решили отказаться — он рушил всю гармонию логичного повествования. Отсутствие назойливого комментатора помогает полностью погрузиться в мир дикой природы, изображённый в «Медведях Камчатки». В итоге в фильме остались лишь несколько предложений в начале и конце, озвученных актёром Анатолием Белым.


Зато в картине звучат голоса более 30 видов птиц, и каждый в строго «научное», правильное для неё время; зрители фильма услышат тундряную куропатку, глухую кукушку, камчатскую таловку, орлана-белохвоста и многих других. Звукозаписью занимался научный консультант команды, орнитолог Владимир Архипов, который не только профессионально записывает звуки природы, но и прекрасно разбирается в том, что пишет. В итоге звуковое сопровождение, смонтированное Юлией Глуховой, стало уникальной частью самого повествования, которая рассказывает историю медвежат через синхронные шумы, вокализацию животных и органичную музыку. 




Медитативное кино для всех


— Миссия нашего фильма — это обращение к сознанию и сердцу каждого человека. Мы хотим донести простую мысль, что природа хрупка, и наша обязанность — людей, соседей всех живых существ, — охранять и оберегать её, — объясняет Ирина Журавлёва.


Фильм получился обширнее, чем задумывался изначально, — он и рассказывает интересную историю, и показывает хрупкость этого мира, и даёт особенные свидетельства жизни медведей. Это не научно-популярный фильм в классическом понимании и не выпуск «В мире животных» — это самостоятельная история.


— Мы хотим улучшить мир, сделать так, чтобы у охраны природы было как можно больше союзников, вот это и есть основная миссия нашего фильма. Сделать так, чтобы у людей появилось хоть какое-то позитивное отношение к природе, чтобы самые далёкие камчатские медведи вызывали желание их сохранять. Фильм получился немного медитативным, мы не стали его перегружать и в лоб говорить какие-то природоохранные вещи, они и так исходят из самой логики повествования, — рассказывает Шпиленок.





После премьеры фильма на «ДОКере» его привезли в Петропавловск-Камчатский, на малую родину. Среди публики на показе присутствовал и губернатор Камчатского края Владимир Илюхин. По словам Игоря Шпиленка, было заметно, что фильм его действительно очень тронул.


— Я надеюсь, что фильм в итоге повлияет на какие-то важные решения. Именно поэтому мы и делали наш фильм таким, чтобы он был понятен и ребёнку, и государственному деятелю, убелённому сединами, — объяснил фотограф.


Камчатка далеко от Москвы, но все решения по региону принимаются в столице. И кинозалы, где покажут «Медведей Камчатки», пытающихся достучаться до людей, находятся как раз там.


Идей у команды много: например, сделать философское обоснование, зачем вообще необходимы заповедники, зачем нужно сохранять большие участки девственных лесов — об экологической роли старого дерева в природе. Но, по признанию документалистов, такой фильм будет значительно сложнее, чем фильм о медведях, — лишённый динамики медвежьей жизни, он ставит непростые вопросы: как сохранить внимание зрителя, избежать каких-то затянутых сцен, как разбудить в людях правильные чувства. Также в планах съёмка гималайского медведя в естественной среде обитания кедрово-широколиственных лесов дальневосточной заповедной России. На все эти проекты уже сейчас команда ищет финансирование.


«Медведи Камчатки» сейчас живут насыщенной фестивальной программой — фильм ждут показы в Словакии, Канаде, Италии, Испании, Германии, США, но, по обещаниям команды фильма, очень скоро он появится и в российских кинотеатрах, а чуть позже будет демонстрироваться и на телевидении.


Его стоит ждать, ведь он открывает тайны взросления диких медвежат, их знакомство с прекрасным окружающим миром в уникальных декорациях медвежьего рая Курильского озера на Камчатке. Увидеть такое можно только в этой картине — или в окно кордона Кроноцкого заповедника.




В тексте использованы кадры из фильма «Медведи Камчатки. Начало жизни» и фотографии Игоря Шпиленка. Все материалы предоставлены студией LESFILM