"

Прокрутите Вниз


Иоганн Генрих (а привычнее — Иван Михайлович) Лангелитье — русский немец. Его имя и название его торгового дома в конце XIX – начале XX веков знал буквально каждый житель восточной окраины Российской Империи. Иностранные фамилии были тогда здесь вполне привычны и вроде бы чуждое русскому слуху Лангелитье звучало вполне естественно.



По гамбургскому счёту


Иоганн Лангелитье родился в Гамбурге примерно в 1851–1852 годах. Каким причудливым образом складывались события его юности в точности неизвестно, но к 20 с небольшим годам молодой (и, очевидно, весьма предприимчивый) немец добрался до русского города Николаевска. Относительно Германии это был другой край земного шара, но парусники, в том числе и немецкие, туда заходили. Впрочем, в устье Амура тогда можно было попасть не только морским путём, через три океана, но и проехав всю Сибирь. И, что было свойственно практически всем немцам того времени, Иоганн-Иван вполне уверенно обосновался на русской земле, хотя и был лютеранином. Впрочем, в наших местах никакая религия в делах никому не мешала.


Уже в Николаевске Иоганн Лангелитье успешно занялся торговыми операциями. Затем, в 1871 году, когда военный порт на Тихом океане перевели во Владивосток, перебрался туда. Молодой немец стал поверенным крупной гамбургской торговой компании, владел которой Генрих Вильгельм Дикман. С ним, видимо, юноша был знаком ещё по Николаевску. Дикман зимой 1863–1864-го проехал через всю Россию вместе со своим земляком, 27-летним купцом Густавом Кунстом, и прибыл во Владивосток, бывший практически столицей местных земель. По доверенности фирмы Дикмана Лангелитье скупал продававшиеся там по дешёвке земельные участки, занимался строительством складов и магазинов, так что позже Генрих Дикман имел готовую для ведения бизнеса инфраструктуру.


Николай Матвеев, первый историк Владивостока, описал картину города 1870-х годов, ссылаясь на публикацию журнала «Сибирский Вестник»: «Главная, или Американская ул., … была размежёвана с солнечной стороны на дворовые участки, которые почти все растащили иностранцы, платя 3 к. за кв. саж., или 15–20 рублей за участок. Таким образом, от морского клуба к Амурскому заливу по солнечной стороне этой улицы участки захватились так: Дикман из Гамбурга получил громадную часть квартала, от которого теперь начинается 1 Портовая ул., Восточный институт…» Собственно, осуществил все эти операции не сам Дикман, а как раз герой нашего повествования. Расчёт на развитие, особенно при действии введённого во Владивостоке режима «порто-франко», оказался верным и для опытного Дикмана, и для молодого Лангелитье. 



Красивое имя, высокая честь


Примерно с 25-летнего возраста Иоганн Лангелитье стал основателем и владельцем своей фирмы, впоследствии переросшей в торговый дом «И. Лангелитье и Ко», купцом 1-й гильдии. Было это не столь уж просто: на такое звание мог претендовать только весьма состоятельный человек, с капиталом в сумме не менее 50 тысяч рублей. Купцы 1-й гильдии имели право вести оптовую и розничную торговлю по всей Российской Империи, а также поставлять товары на экспорт; им разрешалось владеть фабриками, заводами, морскими и речными судами. Излишне добавлять, что таким людям было принято верить на честное слово. В те времена во Владивостоке обосновались многие немецкие предприниматели, поддерживавшие друг друга как земляки. При всей широте деловых связей они вели достаточно обособленную жизнь, имея свои клубы, спортивные площадки, лютеранскую кирху и даже хоровое общество.


"

Прокрутите Вниз


Компания Лангелитье официально специализировалась в основном на оптовой и розничной торговле крупным, «тяжёлым» товаром: металл и сельскохозмашины, станочное оборудование, строительные материалы и мебель, электромоторы и различные приборы, локомобили и бурильные установки. Фактически же торговали всем, что пользовалось спросом и приносило доход. В магазинах Лангелитье продавались скобяные изделия и стекло, двери и оконные рамы, керосиновые и электроприборы, огнетушители и дорожные аксессуары, рамы для картин и ёлочные игрушки, даже телефоны и копировальные аппараты (да, они уже были!). Развивали и собственное производство: компания имела свой водочный завод и даже кирпичный, на продукции которого ставился фирменный знак — монограмма из двух букв «IЛ».


Торговым домом фирма стала в 1875 году, когда владелец взял в компаньоны брата Ивана Лангелитье и бывшего своего доверенного — барона Георга-Фридриха Толле, естественно германского подданного. В 1885 году компания братьев Генриха Вильгельма и Эдуарда Рихарда Дикманов прекратила деятельность во Владивостоке. И тогда Лангелитье перекупил её бывшие городские участки (которые сам когда-то присмотрел для Дикманов) по улицам Светланской, Китайской, Миссионерской и Пологой (то есть в центре города), а также дикмановские торговые точки и склады. То есть компания фактически стала империей — конечно, не такой крупной, как «Кунст и Альберс», но вполне сравнимой с нею. Немец приобрёл и кирпичный дом в один этаж по Миссионерской, № 4, где поселился со всей семьёй. Строение сохранилось до сих пор, только названия улицы менялись — Полтавская, затем Лазо.



Семейное дело


В торговле Иоганну Лангелитье помогала юная жена Елена (Текла), они сыграли свадьбу в 1879 году. По мнению современников, Елена обладала явной торговой хваткой. Вроде бы вначале она просто стояла за прилавком, но это сомнительный факт: как-то не вяжется звание супруги предпринимателя с должностью продавца. Эта, как сказали бы сейчас, бизнес-леди быстро занялась успешным ведением дел, став соратником и советчиком супруга. В семье было шестеро детей: Альфред, Иоганн, Елизавета, Ганс-Франц, Георг-Герман и Герта; из них лишь младшая Герта родилась в Гамбурге в 1896 году, остальные — во Владивостоке. После того, как чета Лангелитье в ноябре 1889 года приняла подданство Российской Империи, двое последних детей тоже стали формально «русскими». К слову, после этого доходы фирмы заметно возросли: на неё теперь распространялись льготы и привилегии, дарованные отечественным купцам в Приамурском крае.


"

Прокрутите Вниз


1890-е годы стали особо удачными для торговли. Начавшееся строительство Уссурийской и Китайской Восточной магистралей потребовало огромного количества стальных изделий и техники, и компании удалось заключить крупные оптовые договоры. Именно в 90-х годах XIX века Лангелитье приобрёл во Владивостоке небольшой участок земли на берегу Амурского залива, близ устья Первой речки, и установил там цистерну для керосина, а затем построил пакгаузы и мастерские по производству жестяных банок, чтобы продавать в розницу керосин (в то время это было основное горючее). Правда, после смерти Лангелитье в 1900 году это предприятие перешло в руки известной фирмы «Братья Нобель», и до сих пор является владивостокской нефтебазой (к сожалению, с течением лет оказавшейся в самом центре города).


Постоянно расширялась и география деятельности компании: в 1896 году открыто отделение в Никольске-Уссурийском, потом — в Новокиевке; в 1898–1902 годах — представительства в Москве и Петербурге, в Гамбурге и Дальнем, агентства в Нагасаки и Сан-Франциско. Началось прямое пароходное сообщение между Владивостоком и Гамбургом, затем появилась линия с Антверпеном. Лангелитье был известным меценатом, практически ни одно городское общественное начинание не обходилось без его благотворительности. Практически обрусевший Иван Михайлович с 1890 года был действительным членом Общества изучения Амурского края; на строительство здания музея ОИАК он выделил 20 бочек цемента и 10 ящиков стекла. 



Строили мы, строили…


Довольно быстро фирма по объёму капитала и товарообороту поднялась на устойчивое третье место в регионе — после знаменитых русского и немецкого торговых домов «И.Я. Чурин» и уже упомянутого «Кунст и Альберс». Эту с большим трудом завоёванную позицию компания Иоганна Лангелитье (уже после смерти основателя) удерживала вплоть до самого начала Первой мировой войны. Конечно, со своими двумя особо удачливыми земляками он сравниться не мог. Но немецкая пунктуальность и деловая хватка приносили плоды — бизнес под маркой Лангелитье тоже шёл весьма успешно. Памятуя правило «Не клади яйца в одну корзину», торговый дом занимался буквально всем, перепродавая товары из Китая и Японии, Америки и Европы, включая, естественно, родную Германию. Сам Иван Михайлович и его супруга Елена Васильевна неоднократно бывали в Гамбурге по вопросам бизнеса.


Подобно другим крупным владивостокским торговым домам, Иоганн Лангелитье завёл престижную «ведомственную» купальню на берегу бухты Золотой Рог; у фирмы был кегельбан и яхта для прогулок. Елена Лангелитье считалась законодательницей мод Владивостока, организовывала вечера с пением и музицированием, самодеятельные театральные постановки, встречи с приезжавшими в город знаменитостями. А вот насчёт конкретного места проживания семьи Лангелитье ясности сейчас нет. Одноэтажное здание по Миссионерской, 4 явно было слишком мало для столь многочисленного семейства, имевшего нянек, прачек, поваров и прочих слуг. Да и выглядело не очень престижно. Долгое время домом Лангелитье вполне официально считался внушительного вида красивый особняк на улице Пологой, 67, напоминающий очертаниями замок.


"

Прокрутите Вниз


Согласно самой распространённой версии, дом построен в 1893 (или в 1896) году по проекту известного владивостокского архитектора Александра Гвоздзиовского. Якобы до 1903 года в нём жил Лангелитье с семьёй, после чего продал строение местному предпринимателю Михаилу Суворову. Противоречит этим сведениям главным образом то, что сам хозяин скончался в 1900 году. Но продать его после смерти мужа могла и вдова.


Тем не менее под наименованием «особняк Лангелитье» дом включили в список памятников истории и культуры Владивостока и объявили объектом культурного наследия регионального значения. В начале 1990-х годов, когда сюда вселилось Общество охраны памятников, над его фасадом был даже водружён неизвестно откуда взятый цветной «герб рода Лангелитье». Хотя генеалогия этого рода до сих пор остаётся неизвестной. По крайней мере, предки Иоганна были не из дворян.



Загадка «особняка Лангелитье»


К настоящему времени местные краеведы уточнили всю «родословную» здания, и в ней осталось только одно имя — Михаила Суворова. Выяснилось, что участок ещё в 1877 году купил у городских властей Август Менард (француз, владелец большой молочной фермы), а землю на Пологой использовал под огороды. В 1895 году участок продали городскому прокурору, барону Трофиму Рауш-Траубенбергу. Через два года тут появился небольшой деревянный дом, а в 1898 году строение и земля перешли к Михаилу Суворову. Именно он, известный во Владивостоке строительный подрядчик и домовладелец, воздвиг на участке красивый особняк в готическом стиле и позже сдавал его «в наём».


"

Прокрутите Вниз


В 1912 году Михаил Суворов передал «замок» в долгосрочную аренду Владивостокской духовной консистории (её здание было рядом, на той же Пологой), чтобы там разместился епархиальный училищный совет. При этом особняк был частично перестроен: появилась мансарда, новые окна, были перепланированы внутренние помещения. А в 1924 году здание национализировали и передали в муниципальный жилой фонд, разделили на восемь квартир, и люди жили там вплоть до 1988 года. Сейчас идёт ремонт уникального дома, и можно надеяться, что Владивосток будет снова украшать «замок» — правда, уже не связанный с именем Лангелитье…



Строительные истории


Участок земли, лежащий на пересечении Миссионерской (теперь Лазо) с улицей Светланской, главной во Владивостоке, с 1870-х годов принадлежал тем самым братьям Дикманам. Именно они и затеяли постройку одноэтажного дома, который теперь находится по адресу — улица Светланская, 57. После закрытия во Владивостоке бизнеса Дикманов строительство завершил Иоганн Лангелитье в 1886 году. В здании находились магазин Лангелитье, его контора и квартиры служащих фирмы. Надо полагать, что здесь же проживала и семья хозяина. В 1895 году дом купила для себя городская дума, в нём же располагалась управа и первая библиотека Владивостока (кабинет для чтения). Здание надстроили на один этаж; гораздо позже, в 1933 году, появился третий. В наше время, 2000-х годах, ещё два. Там была телефонная станция, потом междугородний переговорный пункт. Сегодня это офисный центр.


Что же касается старого дома по Миссионерской, 4, то он вместе с участком земли и смежными каменными пакгаузами тоже был продан за 120 тысяч рублей владивостокской управе, которая в 1886 году разместила в нём 3-классное городское училище для мальчиков. Судя по тому, что годы открытия училища и достройки бывшего дома Дикманов совпадают, именно в последний переехала семья Лангелитье. В 1890 году в помещениях училища открылись Александровские Морские классы — первое мореходное учебное заведение Владивостока, теперь ставшее Морским университетом имени адмирала Геннадия Невельского. Как ни странно (можно назвать это традицией), и теперь в доме № 4 по улице Лазо (бывшей Миссионерской) находится образовательное учреждение — интернат городской вспомогательной школы. Похоже, что раньше строили на века…



Дома и люди


В том же далёком 1877 году, когда Август Менард приобрёл участок, на котором позже появился мифический «дом Лангелитье», сам Иван Михайлович купил «дом с землёю, находящийся во Владивостоке в 4-м квартале, Американская ул., № 23» за две тысячи рублей у подданного Великобритании Вильяма Джемсона. Надо сказать, что это самый центр города, угол нынешних Светланской и Океанского проспекта. Покупка рассчитывалась на далёкую перспективу; собственно, так и оказалось, только воспользовался этим добром не сам хозяин. На исходе XIX века Иоганн Лангелитье тяжело заболел, уехал лечиться в Германию и в возрасте около 50 лет умер в родном Гамбурге 20 июня 1900 года. После его смерти торговое дело под прежним названием по завещанию перешло в пожизненное владение Елены Лангелитье.


"

Прокрутите Вниз


Вдова удачно продолжила дело мужа: сделала своим компаньоном бывшего доверенного фирмы Георга-Фридриха Толле и вскоре сама была избрана купцом 2-й гильдии. Двое сыновей Лангелитье — Иоганн и Георгий — пошли по стопам родителей, последний даже стал купцом 1-й гильдии, как и его отец. Наследники напористо взялись за дело: в 1901 году Торговый дом начал строительство нового 3-этажного здания на приобретённом в 1877 году участке. Там планировалось открыть крупный универсальный магазин, а верхние этажи отдать под большие комфортабельные квартиры для семей Лангелитье и Толле. Сооружение Главного здания Торгового дома «Иоганн Лангелитье и Ко» велось по проекту уже известного нам Михаила Суворова и было окончено в 1903 (по другим сведениям — в 1905) году. Дом получился представительным и в то же время архитектурно нарядным, с выдумкой, а расположение в самом сердце Владивостока удачно подчёркивало амбиции его обитателей.


Впоследствии здесь находился магазин «Скобяные товары», весьма популярный среди владивостокцев; его парадный фасад был примечателен первыми во всём Владивостоке башенными часами. В советское время на первом этаже размещался «Центральный гастроном» (современный адрес — улица Светланская, 27); сейчас торговый центр принимает посетителей под тем же привычным названием. К сожалению, теперь здание утеряло свой оригинальный вид: в 2002 году на нём появилась двухъярусная стеклянная надстройка. 



Долой «немецкое засилье»!


Всё резко изменилось в 1914 году, с началом Первой мировой войны. Елена Лангелитье с 18-летней дочерью Гертой была задержана в Германии, где ей «посчастливилось» в это время быть, и интернирована. Причина проста — гражданство России, ставшей вдруг враждебной страной. Но при посредничестве испанского посла они в конце зимы 1914–1915 года смогли выехать в Японию и в мае 1915-го добраться до родного Владивостока. Однако дела в городе к тому времени складывались из рук вон плохо. Если в Германии Елену подозревали в шпионаже на Россию, то в нашей стране относились как к симпатизирующей врагам. После начала военных действий дежурными темами русской прессы стали патриотизм (понимаемый как борьба со всем немецким) и шпионские страсти. Уже через две недели после начала войны в петроградской газете «Свет» появилась статья некоего Далинского.


В ней говорилось: «Воюя с внешним врагом, нужно обратить внимание на врагов внутренних, немецких подданных, в громадном количестве живущих у нас в России и сугубо растаскивающих наше добро... Вся крупная торговля, вся промышленность страны в руках немцев. Немцы всюду и везде в почёте; перед ними заискивают даже генерал-губернаторы, их боятся все». Травили всё немецкое; особенно доставалось Торговым домам «Кунст и Альберс», Лангелитье и представительству всемирно известной фирмы «Зингер». Так получилось, что доходный дом владивостокского купца 2-й гильдии Готлиба Штейнбаха располагался по адресу Светланская, 55 — то есть рядом со старым и новым жильём Лангелитье. В глазах обывателей всё это выглядело как немецкое «шпионское гнездо». Примерно так же рассуждала и русская контрразведка, ориентированная на поиск немецких агентов.


У «Кунста и Альберса» прошли обыски, в январе 1915 года управляющий и совладелец фирмы Адольф Даттан был отправлен под полицейский надзор в Томскую губернию, где он пробыл до 1919 года. Правда, сама компания, обладавшая огромным потенциалом, продолжала работать. В июне 1915 года прошли обыски во всех филиалах компании «Зингер»; они не коснулись только московских контор, поскольку те были уже разгромлены во время стихийных антигерманских выступлений. Не повезло и продолжателям дела Лангелитье: несмотря на то, что владельцы фирмы были русскими подданными, комитет по борьбе с германским и австрийским засильем в том же 1915 году закрыл Торговый дом. А в 1917 году всё, что осталось от бывшего обширного хозяйства Лангелитье, было передано Союзу кооперации.



Ещё одна тайна семьи Лангелитье


По некоторым сведениям, Елена Лангелитье покинула Владивосток вместе с дочерью Гертой в 1922 году — с последними жителями города, ушедшими перед приходом войск Народно-революционной армии ДВР. Их следы затерялись среди миллионов других судеб людей, оторванных от России. Но если судить по архивным документам, постройки с современным адресом улица Лазо, №6б и 6в, принадлежали семейству Лангелитье до 1936 года. Подтверждением служит необычный артефакт: в глубине двора многоквартирного дома № 6 по улице Лазо, за гаражами, в подпорной стене лежит надгробие. Ясно различимая надпись на нём «Alfred Langelutje, 1884–1913» говорит о том, что эта гранитная плита когда-то отмечала место упокоения старшего сына Иоганна Лангелитье, который умер от брюшного тифа, так и не успев жениться. Загадка довольно странного места нахождения этого надгробия пока не решена.


По мнению некоторых краеведов, Альфреда Лангелитье, скорее всего, похоронили на Покровском кладбище Владивостока, позже превращённом в парк. Можно предположить, что после закрытия погоста оставшиеся в городе родственники доставили плиту с могилы в свой двор, а возможно, и перезахоронили там же останки Альфреда. Гранитная плита за прошедшее время плотно вросла в откос, её в буквальном смысле обвивают корни большого вяза, и перенести её пока не представляется возможным. Да и надо ли? В необычном единстве корней живого дерева и кладбищенской плиты есть, наверное, своя логика. Это единственная память о роде Лангелитье, «русских немцев», так много сделавших для Владивостока. И ещё, конечно, стоят построенные ими здания, до сих пор служащие людям.