«Их место в океане, а не в океанариуме»

Как на Сахалине борются с жестоким отловом редких млекопитающих

Мария Крупьянская
29 октября 2018
Активисты провели первую в России экспедицию по контролю за охотой на косаток, которые живут в прибрежных водах Дальнего Востока. За месяц зоозащитники прошли по заливам у берегов Сахалина и Хабаровского края, засвидетельствовали отлов китообразных и даже стали жертвами ограбления.

Ловят одного — погибают многие

Коммерческая добыча косаток запрещена с 1982 года введением моратория Международной китобойной комиссии. Все изменилось, когда Росприроднадзор по ДФО официально выдал разрешение для отлова в 2018 году в водах ДФО 13 косаток и более 200 белух «для научных и культурно-просветительских целей».

Под звучной формулировкой понимается в том числе отлов млекопитающих для отправки в океанариумы. На общественных слушаниях во Владивостоке в начале мая Тихоокеанский научно-исследовательский рыбохозяйственный центр (ТИНРО-Центр) обосновал выдачу квот на вылов косаток высокой численностью этих морских млекопитающих.

«Друзья океана» — команда зоозащитников, поднимающая проблему отсутствия системы помощи морским млекопитающим на Дальнем Востоке России. Например, животные часто попадают в сети или ледовые ловушки, натыкаются на штыри и другие сооружения, заглатывают мусор, выбрасываются на берег.

Сахалинская общественная инициативная группа «Друзья океана» выступает категорически против вылова млекопитающих.

«Изначально предполагалось, что в 2018 году общий допустимый улов косаток и белух будет нулевой, но в мае вопрос вдруг срочно пересмотрели. Было предложено выделить квоты на отлов 13 косаток», — рассказал руководитель группы Вячеслав Козлов.

Впрочем, вопреки мнению экологов и общественников, заключение экспертов оказалось положительным. Разрешения на отлов в 2018 году получили четыре компании.

Активисты уверены, что выловленные млекопитающие отправятся в океанариумы. В том числе азиатские. В Китае их строят свыше 20. Для них, по словам общественников, и вылавливают косаток и белух в водах России. Они отмечают, что цена одной косатки составляет несколько миллионов долларов США. В погоне за такими деньгами, сетует Вячеслав Козлов, люди забывают о необходимости беречь природу и её жителей. Особенно тех, кого и так осталось немного.

«Никто не знает, как происходит отлов, сколько животных погибает в сетях, — отметил организатор экспедиции. — Дело в том, что часто при отлове одной косатки погибает как минимум один член её семьи. Ведь они ходят семьями, одну отделить невозможно. Поэтому сетями обматывается вся группа, одно животное вытаскивают, других просто бросают».

В июле Генпрокуратура направила в МВД материалы для возбуждения уголовного дела по факту вылова и незаконной продажи семи косаток на Дальнем Востоке. В ведомстве выяснили, что в 2012—2015 годах руководство четырёх организаций предоставило в органы Росрыболовства ложные сведения о намерении использовать косаток в культурно-просветительской деятельности. По факту, организации, прикрываясь научной деятельностью, выловили семь млекопитающих и отправили за рубеж для продажи.


Активисты решили найти неоспоримые доказательства того, что выделение квот на отлов косаток убийственно для популяции, а жестокость методов такой «рыбалки» никакой целью не оправдать. Так и родилось решение об экспедиции как способе общественного контроля за отловом морских млекопитающих.

Убегали и угрожали

К поездке подготовились в кратчайшие сроки — за месяц. Столько же длился сам поход. На бортах парусного катамарана и лодки в морское путешествие отправились семь волонтёров. Участники организовали экспедицию практически полностью за свой счёт, с топливом и радиосвязью помогли сахалинские компании, а клуб «Бумеранг» предоставил маломерные суда, фото- и видеотехнику.

«Меня всегда восхищали морские млекопитающие, а в апреле прошлого года я познакомилась с „Друзьями океана“. С тех пор стараюсь внести свой вклад в дело сохранения этих невероятных животных, это уже часть моей жизни», — поделилась одна из участниц Юлия Малыгина.

Волонтёры вышли из посёлка Некрасовка Охинского района на севере Сахалина, в узком месте перешли на материк и пошли дальше вдоль берега Хабаровского края. Экспедиция проходила в заливах Александра, Николая, Академии, Константина.

Съемка судна с квадрокоптера

Из личного архива Вячеслава Козлова

С отловщиками косаток участники похода встретились несколько раз. Назвать эти минуты приятными нельзя: рыбаки угрожали, пытались подрезать лодку.

«При этом мы не препятствовали отлову — он-то происходил на совершенно законных основаниях, — пояснил Вячеслав Козлов. — Мы просто хотели запечатлеть, как именно это происходит. Но, конечно, при нашем появлении отловщики сразу сворачивались и пытались уйти от нас подальше. Реакция понятна — если будет документальное доказательство гибели хотя бы одной косатки, то для компании это минус одна квота, а значит, огромные убытки».

В начале экспедиции рыбаки даже применили оружие. Активисты решили проверить полевой лагерь отловщиков с помощью квадрокоптера. Увидев, что их работу снимают на камеру, рыбаки открыли огонь по дрону. По аппарату не попали, однако позже заявили активистам, что «все летательные аппараты будут сбивать».

Разгром лагеря

Самый крупный инцидент произошёл на берегу залива Константина. Отловщики пытались обметать семью из пяти животных. Общественники погнались за ними, но за флотилией из четырёх катамаранов и четырёх катеров было не поспеть. Волонтёры запустили квадрокоптер, с помощью которого убедились, что ёмкости на судах пустые, животных там нет. Вернулись к месту отлова, проверили, нет ли там погибших китов. И, успокоенные, отправились на берег, в свой лагерь, где их ждал неприятный сюрприз. Именно в эту сторону ранее ушла флотилия отловщиков.

«Лагерь был разгромлен и разграблен: вещи разбросаны, слито топливо из канистр, украдена дорогостоящая техника, выпотрошены все отделения медицинской аптечки и мешки с продуктами», — перечислил руководитель экспедиции.

Ребята решили поговорить с капитаном судна. Однако найти его не удалось. Вместо него вышли ловцы.

«Они угрожали, требовали убрать камеры, а на вопросы о произошедшем отвечали, что это медведь похозяйничал. Ну да, лапами открыл канистры. Разгромить лагерь не мог никто, кроме действующей в районе команды отловщиков. Других людей там нет. Туристов тоже. На мой взгляд, это было гадко, мерзко и недостойно поведения людей в тайге. Нельзя такое творить, тем более вне населённых пунктов», — рассказал Вячеслав Козлов.

Конфликтовать с рыбаками активисты не стали. Позже написали заявления в полицию.

Впрочем, это был не последний инцидент. Уже в конце экспедиции волонтёры шли на катамаране по речке Тывлинке. Там увидели знакомую картину — стан, вышки, лодки без номеров, сараи, заводи для передержки пойманных особей. Решили всё же пришвартоваться.

«Я сразу начала съёмку, и тут навстречу вышел мужчина. Взгляд безумный, кричит: „Убирай камеру!“, на контакт не идёт совершенно, — рассказала Юлия Малыгина. — До этого удавалось более-менее цивилизованно разговаривать с охотниками на косаток, но здесь это было невозможно. Человек явно был в невменяемом состоянии. Ни разу за всё время экспедиции мне не было так страшно, как в тот момент, когда здоровый мужик с трясущимися от агрессии руками надвигался на меня. Даже ребята не могли его утихомирить, пришлось, дабы не доводить до мордобоя, всё же прекратить съёмку».

Из личного архива Вячеслава Козлова

Позже к членам экспедиции вышел более расположенный к общению работник стана. Правда, на прямые вопросы о количестве пойманных косаток и методах «охоты» он так и не ответил, но высказал мнение, что никакой трагедии в отлове китообразных нет, а вы просто «ничего не понимаете».

Суд с Росприроднадзором

Главный положительный итог экспедиции — что все её участники вернулись домой живые и здоровые, грустно шутит Вячеслав Козлов. А если серьёзно, то зоозащитники собрали достаточно данных с доказательствами попыток жестокого отлова косаток и агрессивного поведения охотников. Все материалы уже отправлены в Росприроднадзор и правоохранительные органы.

С 1961 года в океанариумы отправили более 140 косаток. Свыше 120 животных уже мертвы. В неволе китообразные в среднем живут четыре года. В природе продолжительность их жизни — 50 лет для самцов и 80 для самок. При отлове косаток разлучают с семьёй. Это зачастую приводит к психическим расстройствам и агрессивному поведению животных — известны случаи нападения на тренеров в океанариумах, в том числе приведшие к гибели людей. При этом не зарегистрировано ни одного случая нападения косатки на человека в природе.

«Мы уже получили много отзывов от природоохранных организаций, в том числе международных, — подчеркнул организатор похода. — Во всём мире подобные экспедиции в целях общественного контроля — обычное явление. Именно благодаря им практически везде отлов косаток уже запрещён. Уже началась государственная экологическая экспертиза, и очень важно сделать всё, чтобы на этот раз её решение было отрицательным».

Общественные организации Сахалина, в том числе «Друзья океана», уже подали иск к Росприроднадзору о признании недействительной экологической экспертизы на отлов косаток в 2018 году. Активисты рассчитывают, что собранные факты позволят выиграть суд и прекратить отлов редких млекопитающих.


Рекомендуемые материалы
Прогулка к Чёрному Шаману
Пять самых необычных маршрутов Приморского края
13 главных животных Дальнего Востока
Амурский тигр, утка «мандаринка», сивуч и другие представители дальневосточной фауны
Народный праздник
Как в Приморье отметили День народного единства