Легенда о «Холуае»

История самой секретной части морского спецназа Тихоокеанского флота

Алексей Суконкин
2 февраля 2017
Бойцы «Холуая» во время показательных выступлений на параде ко Дню ВМФ
Остров Русский, с его мощнейшей береговой крепостью, береговыми воинскими частями, некогда был территорией, полностью отданной военным. И именно там, вдали от посторонних глаз, в бухте Островной, которая до 1972 года носила название Холуай, разместилась самая секретная разведывательная часть Тихоокеанского флота (ТОФ) — 42-й морской разведывательный пункт специального назначения. По сей день эта воинская часть — настоящая элита спецназа военно-морского флота. DV приоткрыл завесу тайны над жизнью секретной части ТОФ

Предпосылки

В 1950 году в каждой армии, тыловом военном округе и воздушно-десантных корпусах Вооружённых Сил СССР были сформированы отдельные роты специального назначения. По 120 человек в каждой. Всего 46 подразделений. В основном они располагались на западном стратегическом направлении, на направлениях, считавшихся второстепенными, таких рот было значительно меньше. В Приморском крае их создали три: две — в общевойсковых армиях, а одну — в воздушно-десантном корпусе.

Создание советских подразделений специального назначения служило ответом на создание блока НАТО. Советское правительство, осознавая, что цель военного альянса вовсе не оборона, принимает решение организовать систему противодействия. Одним из её элементов стали части специального назначения — их главной задачей было ведение «специальной разведки», а также выполнение особо важных задач диверсионного характера, нацеленных на уничтожение ядерного потенциала врага в его глубоком тылу.

Чтобы действовать успешно, разведчики изучали минно-взрывное дело, стрельбу из всех видов стрелкового оружия, учились прыгать с парашютом, оказывать медицинскую помощь, грамотно вести разведку. Для службы отбирали только молодых людей, годных по состоянию здоровья к службе в воздушно-десантных войсках и с образованием не ниже среднего. В восьмидесятых годах до 30% личного состава спецназа имели высшее или неоконченное высшее образование.

«Морской спецназ» в действии

Пресс-служба ТОФ

Тщательно изученный опыт Великой Отечественной войны показал, что наличие подобных частей в системе Вооружённых сил СССР жизненно важно — в том числе и для организации партизанского или повстанческого движения. На первых же крупных учениях новые части спецназа подтвердили свою боевую квалификацию, и ими заинтересовался советский ВМФ.

Во время Великой Отечественной войны и войны с Японией диверсионно-разведывательные формирования на флотах уже существовали и, более того, показали себя как высокоэффективные. Однако по окончании войны все они были расформированы. Казалось, высококвалифицированные кадры уйдут в небытие…

«Внезапно для противника мы высадились на японском аэродроме и вступили в переговоры. После этого нас, десять человек, японцы повезли в штаб к полковнику, командиру авиационной части, который хотел сделать из нас заложников, — вспоминает дважды Герой Советского Союза морской разведчик Виктор Леонов. — Я подключился к разговору тогда, когда почувствовал, что находившегося с нами представителя советского командования капитана 3-го ранга Кулебякина, что называется, «припёрли к стенке».

Глядя в глаза японцу, я сказал, что мы провоевали всю войну на западе и имеем достаточно опыта, чтобы оценить обстановку, что заложниками мы не будем, а лучше умрём, но умрём вместе со всеми, кто находится в штабе.

Разница в том, добавил я, что вы умрёте, как крысы, а мы постараемся вырваться отсюда. Герой Советского Союза Митя Соколов сразу встал за спиной японского полковника. Герой Советского Союза Андрей Пшеничных запер дверь на ключ, положил ключ в карман и сел на стул, а Володя Оляшев (после войны — заслуженный мастер спорта) поднял Андрея вместе со стулом и поставил прямо перед японским командиром. Иван Гузенков подошёл к окну и доложил, что находимся мы невысоко, а Герой Советского Союза Семён Агафонов, стоя у двери, начал подбрасывать в руке противотанковую гранату. Японцы, правда, не знали, что запала в ней нет. Полковник, забыв о платке, стал вытирать пот со лба рукой и спустя некоторое время подписал акт о капитуляции всего гарнизона".

Во время Великой Отечественной войны на Северном флоте Леонов командовал 181-м разведывательным отрядом, а завершал войну уже на Дальнем Востоке — командиром 140-го разведывательного отряда Тихоокеанского флота. В рассказе он приводит небольшой эпизод, когда одной силой духа удалось склонить к капитуляции 3500 японцев. Сегодня морские разведчики свято чтут память Леонова.


Создание «Холуая»

Чтобы восстановить морской спецназ, заинтересованным пришлось искать соответствующее теоретическое и научное обоснование.

Начальник разведки ВМФ контр-адмирал Леонид Бекренёв в обращении к военно-морскому министру писал: «…учитывая роль разведывательно-диверсионных подразделений в общей системе разведки флотов, считаю необходимым провести следующие мероприятия: … создать … разведывательно-диверсионные подразделения войсковой разведки, дав им наименование отдельных морских разведывательных дивизионов…»

Бойцы «Холуая» во время показательных выступлений на параде ко Дню ВМФ

Юрий Смитюк / ТАСС

В то же время капитан первого ранга Борис Марголин обосновал такое решение, утверждая, что «…трудности и длительность подготовки разведчиков — лёгких водолазов вызывает необходимость заблаговременной их подготовки и систематической тренировки, для чего должны быть созданы специальные подразделения…».

Так, 24 июня 1953 года Главный Военно-морской Штаб сформировал части специальной разведки на всех четырёх флотах и Каспийской флотилии.

Формирование 42-го морского разведывательного пункта началось в марте, а закончилось в июне 1955 года. Костяк будущих разведчиков набирали в основном из числа матросов и офицеров управления связи военно-морской базы Порт-Артур. Штат разведпункта был рассчитан на 75 человек, но к 5 июня 1955 года удалось подобрать всего 32 человека — трёх офицеров, восьмерых старшин и 21 матроса.

Само слово «Холуай» (а также и его вариации — «Халуай» и «Халулай») по одной из версий означает «гиблое место», и хотя споры на этот счёт всё ещё продолжаются и китаеведы такой перевод не подтверждают, версия считается вполне правдоподобной — особенно среди тех, кто проходил службу в этой закрытой бухте.

Всё это время разведчики размещались на борту старого судна «Самсон», стоявшее в бухте Улисс на окраине Владивостока. Здесь же разведчики впервые познакомились с барокамерами и торпедными аппаратами, а также прошли курс водолазной подготовки.

Существование новой части держалось в большом секрете. Открыто «посвящённые» говорили о «Базе отдыха «Иртек» Главной военно-морской базы «Владивосток». Официально войсковая часть № 59 190 называлась «42-й морской разведывательный пункт специального назначения Тихоокеанского флота». В народе прижилось название «Холуай».

В июле 1955 года в части началась одиночная тактико-специальная подготовка водолазов-разведчиков по программе сухопутных частей специального назначения. Через месяц прошли первые сборы, где отрабатывались приёмы хождения и переноски грузов под водой, выход на берег и маскировка водолазного снаряжения.

Опытовые учения — учения, когда в виде эксперимента устанавливается подлинность тех или иных теоретических представлений о действиях, которые ранее не производились.

Первые учения вновь образованного морского спецназа прошли в сентябре: высадившись с гребных лодок в Шкотовском районе, моряки по всем установленным правилам произвели войсковую разведку военно-морской базы «Абрек» и элементов её противодиверсионной обороны и автомобильных дорог в тылу условного «противника». Поставленную задачу спецназ выполнил, отчего наблюдавшее за опытовыми учениями командование разведки флота пришло в восторг.

К 1960 году штат части составлял 146 человек. Определились и со специализацией, выделив три направления: водолазы-разведчики, войсковые разведчики и разведчики радио- и радиотехнических средств.

В наши дни организационная структура разведывательного пункта снова претерпела изменения — появились новые технические подразделения, был усилен войсковой элемент и обновлена материально-техническая база.


Система отбора

Практически сразу командование части и разведки флота пришло к выводу, что подбор кандидатов для службы в элитной части должен быть очень жёсткий, если не сказать — жестокий. Целую неделю претендентов физически и психологически «испытывали», подвергая нагрузкам, выходящим за рамки общепринятого понимания «вступительных испытаний».

Бойцы «Холуая» в водолазной экипировке

Пресс-служба ТОФ

Попросту говоря, их гоняли и били, не давали спать и нормально питаться, унижали и оскорбляли, выявляя физический и психологический предел каждого из кандидатов. Во время такой проверки будущий разведчик не имел права роптать на трудности и любой ценой должен был выполнить поставленную перед ним задачу: к примеру, пять километров по сопкам пронести на себе «раненого» товарища. Такие испытания проходили далеко не все, и те, кто не выдерживал, тут же переводились в другие части флота — где не требовались подобные навыки. Зато справившихся зачисляли в элитную часть, и они приступали к повседневной службе — которая порой была ещё тяжелее, чем «неделя испытаний».

В такой жестокости таился особый смысл. Служба в спецназе подразумевала, что матросы и офицеры в любой момент могут быть направлены в любую точку мира для выполнения «специальных задач». А командиры групп должны были быть уверены в своих подчинённых. Да, окончательную оценку уровню подготовки может поставить только реальный бой, но и его имитация, ярко сработанная перед кандидатами в процессе испытаний, могла сказать о многом.

Позже, когда в США создали свои подразделения «морских котиков» (SEAL), американцы целиком и полностью переняли советскую практику отбора будущих бойцов — как самую оптимальную, позволяющую в короткие сроки понять, на что способен тот или иной кандидат, готов ли он к тяжёлой службе в частях морского спецназа, не отступится ли он в самый трудный момент, не подведёт ли в бою или во время учебно-боевого задания.

Сейчас «вступительные экзамены» сдают все кандидаты на службу. Это уже не такая «адская неделя», но и сегодняшние испытания позволяют выявлять из числа кандидатов наиболее достойных и выносливых. В частности, кандидату нужно пробежать 10 километров в бронежилете и при этом уложиться в норматив бега, рассчитанный на пробежку в кроссовках, а не в армейских сапогах. Если не получилось — испытание завалено.

После пробежки нужно выполнить 70 отжиманий из упора лёжа, затем 15 раз подтянуться на турнике. Если человек проходит эти этапы, его приглашают на ринг. Смотрят, как реагирует на боль, как держится. Главное — не раскидать своих партнёров, а показать решительность и бесстрашие, нужно просто выстоять. Статистика говорит, что если кто дошёл до ринга, то он обычно на нём не ломается — это «свой» человек.


Организация и вооружение

В 1956 году морские разведчики начали осваивать парашютные прыжки. Прыгали в основном на морском аэродроме в посёлке Николаевка (Партизанский район). Для прыжков командование части заказывало самолёты Ан-2 или вертолёты Ми-4. Позже стали прыгать с Ан-26 и Ми-8.

Морские разведчики также осваивали высадку на вражеский берег через торпедные аппараты подводных лодок, лежащие на грунте. Это был, пожалуй, лучший способ выйти на особо охраняемые территории. На флоте существовали специальные подводные лодки, которые оснащались приспособлениями и оборудованием для высадки морских диверсантов из подводного положения. Некоторые разведывательные корабли оснащались также торпедными аппаратами, но не для стрельбы торпедами, а для скрытной высадки разведчиков. Например, во время официального визита в «дружественной» стране.

Бойцы «Холуая» во время показательных выступлений на параде ко Дню ВМФ

Юрий Смитюк / ТАСС

Позже разведчики сформулировали требования к вооружению: оно должно быть лёгким и бесшумным. И в конце 50-х годов появились образцы специального вооружения — малогабаритные бесшумные пистолеты, подводные пистолеты и автоматы, да и многое другое. Еще спецназовцы хотели иметь непромокаемую верхнюю одежду и обувь, а глаза нужно было защищать от механических повреждений специальными защитными очками.

Сегодня на вооружении «Холуая» современные образцы стрелкового оружия: 5,45-мм автоматы АК-74М, двухсредные (для стрельбы на воздухе и под водой) автоматы АДС, подводные пистолеты СПП-1, бесшумные стрелковые комплексы ВСС «Винторез» и АС «Вал», бесшумные пистолеты ПСС и АПБ, стреляющие ножи НРС-2, снайперские винтовки СВДС и пулемёты «Печенег». Полностью сменилась номенклатура приборов разведки и наблюдения, средств связи, навигации и целеуказания. В системе вооружения появились самоходные боевые роботы типа «Платформа-М», способные заменить собой человека на наиболее опасных для личного состава заданиях.

«Тритоны» были сверхсекретными аппаратами. Однажды при транспортировке машины, залегендированной под перевозку обычного груза, офицер, в гражданской одежде, под видом экспедитора, сопровождавшего контейнеры, услышал, как стропальщик, который следил за перегрузкой контейнера с железнодорожной платформы на грузовую машину, громко крикнул крановщику: «Петрович, поднимай аккуратно, здесь ТРИТОНЫ»… И только когда офицер взял себя в руки, унял дрожь и немного успокоился, то понял, что никакой утечки сверхсекретной информации не произошло, а незадачливый стропальщик всего лишь имел в виду ТРИ ТОННЫ веса контейнера (именно столько весил «Тритон-1М), а не секретнейшие «Тритоны», находившиеся внутри.

Важным направлением в морском спецназе были носители водолазов, которые могли скрытно доставлять группу специального назначения или отдельных разведчиков на значительные расстояния. Такими носителями были двухместные «Тритоны», позже, тоже двухместные, «Тритон-1М», ещё позже — шестиместный «Тритон-2». Эти аппараты позволяли диверсантам незаметно проникать прямо в базы противника, минировать корабли и причалы и выполнять другие разведывательные задачи.

Сегодня «Тритонов» нет в боевом составе флота. Образцы аппаратов в качестве памятников установлены на территории части, ещё один, списанный «Тритон-2», представлен в уличной экспозиции музея Боевой славы Тихоокеанского флота во Владивостоке.

В наши дни подобные подводные носители утратили своё значение, поскольку их скрытное применение уже невозможно. Сегодня на вооружении морского спецназа состоят более совершенные носители — «Сирена» и «Протей» различных модификаций. Они позволяют производить скрытную высадку разведывательной группы через торпедный аппарат подводной лодки или разведывательного судна. «Сирена» «таскает на себе» двух диверсантов, «Протей» же — индивидуальный носитель. Кроме подводных носителей в морском спецназе стала активно развиваться тема скоростных катеров, дающих группе специального назначения более высокий уровень мобильности.

Спецназовцы продолжают использовать парашюты. Сегодня это ПВ-3, они позволяют десантировать разведчика с вооружением и снаряжением в тыл врага с предельно малых высот. На вооружении также есть управляемые парашюты типа «крыло», которые могут осуществлять высадку сил разведки с максимальной точностью, порой — непосредственно на объект диверсии.


Боевое применение

Деятельность «Холуая» в реальных боевых условиях окутана завесой тайны, и «наружу» прорываются только отголоски тех мероприятий, которые проводят разведчики-диверсанты.

С 24 февраля по 27 апреля 1982 года штатная группа специального назначения впервые выполняла задачи боевой службы, находясь на разведывательном корабле ТОФ. Что именно они делали — можно только догадываться. Согласно отдельным воспоминаниям ветеранов части, задача была связана с проникновением на территорию другого государства.

Пресс-служба ТОФ

В 1989 году со 130-суточной боевой службы пришла ещё одна группа, которая, выполняя задание, использовала подводные носители «Сирена». К месту «холуаевцев» доставил малый разведывательный корабль из состава 38-й бригады ТОФ. Те задачи до сих пор окутаны завесой секретности, но после возвращения из похода задействованные в их выполнении военнослужащие получили государственные награды.

В 1995 году война в Чечне дотянулась и до Владивостока. В январе был сформирован 165-й полк морской пехоты, где состояли 15 морских разведчиков. Они выполняли обязанности войсковых разведчиков, на ходу постигая премудрости этого мастерства. По отзывам старшего начальника группировки морской пехоты ТОФ в Чечне полковника Сергея Кондратенко военные действовали блестяще. Разведчики в любой критической ситуации сохраняли хладнокровие и мужество. Пятеро «холуаевцев» сложили головы на этой войне. Прапорщику Андрею Днепровскому посмертно было присвоено звание Героя России.

Из наградного листа:

«…организовал подготовку внештатной разведгруппы батальона, и умело действовал в её составе. 19 февраля 1995 года в бою в городе Грозный лично спас жизни двум матросам и вынес тело погибшего матроса А.И. Плешакова. В ночь с 20 на 21 марта 1995 года при выполнении боевой задачи по захвату высоты Гойтен-Корт разведгруппа А.В. Днепровского скрытно подошла к высоте, выявила и обезвредила боевое охранение боевиков (одного убили, двух взяли в плен). В дальнейшем в ходе скоротечного боя лично уничтожил двух боевиков, обеспечив беспрепятственный подход роты к высоте и выполнение боевой задачи без потерь…»

В тот же день геройски погиб, выполняя последующую задачу…

В разное время государственные награды получили более 200 морских спецназовцев.


Мифы и реальность

Среди людей, далёких от реалий жизни морских разведчиков, ходят многочисленные легенды. В частности, поговаривают, что до сих пор часовой, которому удастся застрелить «холуаевца» при попытке последнего проникнуть на охраняемый объект, будет немедленно награждён и направлен в отпуск на родину. Или, например, что «холуаевцев» с одним ножом выбрасывают на парашютах посреди Сибири, и они должны выжить и скрытно вернуться в свою часть, по пути выкрав где-нибудь секретные документы.

Конечно, если часовой, действуя согласно уставу караульной службы, застрелит нарушителя, он будет награждён за решительные и грамотные действия. Но за всю историю морского спецназа подобных случаев с «холуаевцами» ещё не было — разведчики всегда старались проникнуть на охраняемые объекты там, где или нет часового, или он уже «не может сопротивляться».

Показательные учения «Холуая»

Юрий Смитюк / ТАСС

При объявлении учений на «Холуае» наряд всего Тихоокеанского флота удесятеряет свою бдительность и рвение к службе. Однако это никогда не мешало морским разведчикам похищать дневальных и дежурную документацию из расположения как береговых частей флота, так и непосредственно с кораблей.

Если говорить про «заброску в Сибирь», то это отчасти правда. По согласованию с командованием других военных округов, морские разведчики часто выполняли учебно-боевые задачи на удалённых территориях, где их ловили всем миром: гражданам объявляли, что органы правопорядка и армия ловят или сбежавших уголовников, или вооружённых дезертиров. Пока вокруг кипели страсти и милиция досматривала всех, кто хоть как-то был похож на диверсанта, истинные «диверсанты» спокойно «взрывали мост» и беспрепятственно уходили. Ни разу «холуаевцев» не поймали.

Не последнюю роль в успехе играет и физическая подготовка, которой в «Холуае» уделяют самое пристальное внимание. Во все времена представители этой воинской части на флотских соревнованиях занимали призовые места по силовым видам спорта, по единоборствам, бегу на лыжах, плаванию и стрельбе. В основном разведчики тренируют выносливость, а не силу, потому что именно выносливость становится решающим фактором в пеших или лыжных переходах, в подводном плавании и при длительном нахождении под водой.

Ежегодно морские спецназовцы участвуют в традиционных международных соревнованиях сухопутного спецназа, добиваясь высоких результатов. Так, в 2005 году группа от «Холуая» заняла третье место, а снайперская пара, выступая с винтовками Мосина, взяла «золото».

«Холуай» сегодня

В тяжёлые девяностые командование части сумело сохранить костяк профессионалов, тогда как много людей ушло «на гражданку» в поисках лучшей жизни. Было тяжело, но морские разведчики выстояли.

«Холуаевцы» постоянно тренируют погружения под воду, достигая необходимого уровня натренированности, отрабатывают способы скрытного перемещения и проникновения на охраняемые объекты, учатся грамотно применять стрелковое оружие и инженерные средства, изучают новую роботизированную и беспилотную технику — в общем, готовятся в любую минуту по приказу Родины выполнить любую поставленную перед ними боевую задачу.

Рекомендуемые материалы
«Там, где мы, там — победа!»
27 ноября в России отмечают День морской пехоты
Виновных не нашли
9 лет назад произошла трагедия на АПЛ «Нерпа»
Так говорят моряки
Тест на знание морского сленга