«Со страстью к путешествиям»

Кто и как занимается геологоразведкой на Дальнем Востоке

Роман Сорокин
7 июня 2018
Сотрудник института вулканологии и сейсмологии ДВО РАН собирает образцы на вулканическом конусе Горшкова, Камчатка
Экономика Дальнего Востока России отличается ярко выраженной минерально-сырьевой направленностью. Больше трети «живых» предприятий региона так или иначе связаны с добычей и переработкой минеральных ресурсов. А прежде чем их добывать и перерабатывать — необходимо их отыскать. Этим занимаются геологоразведчики, объединяющие в своей профессии тяжёлый физический труд, высокую науку и таёжную романтику. Так что же такое геологоразведка? Ответы на самые важные вопросы о ней — в материале DV

Сегодня на государственный баланс в Дальневосточном федеральном округе поставлено около 4000 месторождений различных полезных ископаемых, и около 900 из них активно эксплуатируется. В ДФО добывают больше половины всего российского золота, 63% серебра, 90% олова и 88% алмазов, а помимо этого десятки других полезных ископаемых, некоторые из которых и вовсе не встречаются в других регионах России.

По данным Роснедр, по итогам 2017 года общий объём российских частных инвестиций в геологоразведку составил больше 351 млрд рублей, в то время как федеральный бюджет обеспечил лишь 28,5 млрд. Безусловными лидерами на этом рынке являются «Роснефть», «Газпром» и «Сургутнефтегаз», на троих они вложили в отрасль больше 185 млрд рублей.

Дальний Восток становится приоритетным направлением развития отечественной минерально-сырьевой базы.

Особое внимание воспроизводству сырьевой базы уделяется в рамках проектов, реализуемых в дальневосточных ТОРах, и на территории Свободного порта Владивосток.

Разведка новых месторождений — это отрасль с высокими рисками для предпринимателей, которые зачастую не готовы вкладываться в «журавля в небе». Но в любой мало-мальски далёкой перспективе эта работа жизненно необходима. С этим пониманием правительство готово идти на большие уступки тем компаниям, которые вкладываются в своё собственное будущее ради общего блага. Геология — дело не быстрое, и в среднем цикл поиска, изучения и постановки на баланс одного месторождения может занимать до 30 лет. Поэтому эту работу нужно вести постоянно, чтобы обеспечивать ресурсами предприятия на будущее. Сегодня мы фактически пользуемся ресурсной базой, которая была разведана в 70−80-х годах прошлого века, и её расширение без преувеличения задача государственной важности.


Откуда берутся геологи? (Как люди попадают в профессию? Где этому учат?)

По данным Роснедр, отрасль геологоразведки испытывает весьма болезненный дефицит подготовленных кадров. Эксперты считают, что для нормального обеспечения разведки месторождений необходимо ещё около 20 000 специалистов, взять которых пока неоткуда. От 50 до 80% выпускников геологических вузов после их окончания уходят из специальности, растёт доля работников пенсионного возраста, которым попросту некому передавать свой опыт.

Проблем с обеспечением кадрами несколько. Во-первых, современных молодых людей пугают длительные вахты, дальние командировки и неустроенность быта. Во-вторых, профильные учебные заведения (в том числе вузы) несколько отстают от потребностей отрасли и готовят выпускников по устаревшим программам. В-третьих, в геологии молодые специалисты стартуют с низких зарплат, лишь за три-пять лет подбираясь к позициям с достойной оплатой, — это не устраивает вчерашних студентов, предпочитающих более динамичную карьеру и более ощутимые перспективы.

Студенты-геологи на практике

Владимир Смирнов/ТАСС

Но все без исключения геологи утверждают, что для того, чтобы стать геологоразведчиком, нужно не только желание зарабатывать, но и некоторая предрасположенность: «Деньги всё же не главное, геологами становятся по призванию. Каждый человек рождается с определённым складом характера, под своими звёздами. Кто-то ни к чему не стремится толком, максимум к дивану у телевизора, а кто-то рождается сразу на чемоданах — со страстью к путешествиям. Вот такие люди и могут пойти в геологоразведку», — считает опытный геолог с 40-летним стажем Валерий Сомов.

Андрей Казанцев, главный геолог НПГФ «Регис» рассказывает, что профессию толком не выбирал: «В моём случае о каком-то особом призвании не было речи, хоть и вырос я на Урале, а в профессию попал случайно. В школе часто ходили в походы — гитара, костёр, романтика — мне нравилось. Ну, и в итоге я и ещё один парень из нашей компании поступили в Свердловский горный институт, а там уже дорога была прямая». О правильности своего выбора он задумался лишь однажды — в самом начале карьеры, когда первый раз возвращался из долгого маршрута с тяжеленным рюкзаком, наполненным пробами: «Потом были и действительно тяжёлые времена — но о своём выборе не пожалел ни разу».


Работа геологоразведчика — что это такое?

За последние 50 лет схема работы геологоразведчиков принципиально не поменялась. Перед началом работ необходимо провести анализ предыдущих результатов (если они есть) и получить лицензию для работы на перспективной площадке. Затем начинается полевая разведка. Геологи составляют план работ, прибывают на место и уже отсюда отправляются в «маршруты» — за каждой поисковой партией закрепляется некий участок, который она должна исследовать и собрать необходимые образцы.

Сегодня геологи работают с самым разным оборудованием — от простых компасов до современных защищенных ноутбуков

Владимир Смирнов/ТАСС

Основными инструментами геолога по-прежнему остались молоток, компас и лопата для рытья разведочных траншей. Чтобы достоверно определить наличие или отсутствие полезных ископаемых, требуется отобрать огромное количество проб и выявить геологическую структуру всего поискового района. Собранные образцы по завершении работ отправляются в лабораторию, где их анализируют на содержание интересующих элементов, а затем на основе полученных данных составляют геологическую карту района.

С начала 1980-х годов в геологоразведке широко применяются высокотехнологичные методы, значительно усовершенствовавшиеся за последние 10−15 лет. В поисках нефтегазовых месторождений активно используют сейсмический метод: когда при помощи направленного взрыва создают упругие волны, распространяющиеся в толще породы. Чувствительные приёмники затем улавливают отражения этих волн от границ слоёв с разными физическими свойствами и позволяют составить достоверную картину геологического строения земли в конкретном месте.

Геологи применяют электроразведочные методы и магнитометрию, используют разные физические методы для определения состава горных пород и выявления месторождений полезных ископаемых. С помощью специальных приборов прощупывается каждый квадратный метр земли, а данные наносятся на общую карту. В комплексе всё это даёт единую картину, которую затем нужно интерпретировать и визуализировать «в кабинете».

Развивается и проходческая и бурильная техника — если раньше квалифицированная бригада при помощи бульдозеров и буровых станков могла «проходить» по 300−400 м в месяц, то сегодня показатели приближаются к 2−3 тыс. Повысились и требования к квалификации рабочих — сложная техника требует обслуживания и ремонта, а ближайшие запасные части находятся, как правило, на очень большом удалении от места разведки. Поэтому в почёте мастера на все руки, способные починить сломавшийся станок на месте, не тормозя работу всей партии.

Геолог снимает показания буровой установки

Александр Колбасов/ТАСС

Современные технологии значительно облегчили все остальные составляющие геологоразведки: GPS/ГЛОНАСС-навигаторы, защищённые ноутбуки, фотоаппараты и спутниковые телефоны применяются повсеместно и ощутимо ускоряют работу.

Теперь все камеральные работы с собранными образцами проводятся в электронном виде, они практически сразу готовы для отправки «кабинетным» геологам, которые могут провести более качественный анализ и сравнение с помощью имеющихся баз данных. На этом этапе начинается отрисовка карт и планов, создание 3D-моделей рудных тел с помощью современного программного обеспечения. Немаловажной частью работы сегодня становится и презентация полученных результатов — заказчики хотят наглядно видеть, что нашли геологи, в каком объёме, какова перспективность и рентабельность проекта. Геологу приходится быть немного юристом, экономистом и даже дизайнером.


Что самое сложное в работе геолога?

Работа геолога — в первую очередь физически тяжёлая работа. Протяжённые разведочные маршруты, отбор многочисленных проб, работа и в сырой канаве, и на вершине продуваемой всеми ветрами сопки, на морозе, под дождём — трудиться приходится в любых условиях. Но кроме физической составляющей есть ещё и интеллектуальная: «Когда приходишь на новый участок, надо определить, какие горные породы там встречаются — дать их названия и определения, составить коллекцию, чтобы потом в маршрутах целенаправленно что-то отбирать. Когда составляешь карты и планы — это интеллектуально очень тяжёлая работа, потому что каждый раз это что-то новое, одной отработанной схемы попросту не существует, — рассказывает Андрей Казанцев. — Геология находится на стыке науки и производства. Как нет двух одинаковых людей, так и двух одинаковых геологических точек на земле не существует. Каждый объект, каждый участок — это что-то новое. Постоянно надо держать себя в „интеллектуальной форме“, изучать породы, минералы, новые технологии».

Сложности бывают и комичными, иногда геологи делают настолько впечатляющие открытия, что буквально теряют голову. Геолог Валерий Сомов рассказывает об этом такую байку: «Студентка нашего Геологоразведочного института им. Серго Орджоникидзе отправилась на практику к старателям, которые мыли золото на одном из бесчисленных дальневосточных ручейков. Там она, конечно, оказалась никому не нужна — сезон в самом разгаре, работа кипит, с неопытной студенткой заниматься некогда. Тогда ей выдали лоток, ткнули в ручей и сказали: «Мой здесь, отмечай, где какое содержание золота в шлихах, — наберёшь данных себе на диплом». И с чувством выполненного долга её оставили одну. Девчонка натянула сапоги, зашла в ручей по пояс и принялась за работу. Не прошло и часа, наверное, как в очередной порции песка она нащупывает камень, который при ближайшем рассмотрении оказывается крупным золотым самородком размером чуть ли не с её кулак.

От такого счастья у практикантки натурально помутнело в глазах, и она, потеряв сознание, свалилась в быстрый ручей

Выловили её, конечно, сразу же — отделалась ссадинами и синяками, а начальник прииска получил выговор за ЧП на производстве с формулировкой «за неподготовленность личного состава к работе с драгметаллами». Самородок, конечно, так и не нашли, хотя всё дно ручья облазили вдоль и поперек".


Как геологические месторождения получают свои имена?

Чаще всего новые месторождения называются по близлежащим географическим объектам — поселениям, ручьям и горам. Но поскольку название им дают сами геологи, всегда присутствует возможность для самореализации. Некоторые рудные проявления называются первооткрывателями в честь своих жён, детей и других родственников — так получили свои имена «Павлик» и «Наталка» в Магаданской области, «Олеговская», «Николаевская» и «Андреевская» рудные зоны. В советские времена большой популярностью у геологов пользовалась привязка названий к каким-то значимым событиям — так появилось «Олимпиаднинское» месторождение или рудник «60 лет ВЛКСМ».

Разработка золотого месторождения в Якутии

Юрий Смитюк/ТАСС

Называть месторождение в свою честь считается нескромным, но и тут есть исключения.

В 2017 году на карте Амурской области появилось новое месторождение золота «Катрин». Своё имя оно получило в честь студентки третьего курса Благовещенского политехнического колледжа Екатерины Раковской. Именно она, молодая девушка почти без опыта и ещё без образования, поймала за хвост удачу и во время производственной практики в Магдагачинском сделала важное открытие.

«Уже почти под самую осень, когда мы сворачивали работу, Катрин в одном из самых последних маршрутов подняла эти перспективные пробы. Причём до неё по этому месту ходили и другие сотрудники, но никто не обратил внимания на этот рудный выход», — вспоминает Андрей Казанцев, организовывавший работу этой разведочной партии.

В итоге Екатерине Раковской удалось обнаружить единственный выход этого рудного тела на поверхность. Предстоит ещё долго его изучать и определять перспективность, но факт остаётся фактом: лаборатория подтвердила — золото в этих пробах есть. Помимо увековечивания своего имени в названии перспективного месторождения Екатерина получила денежную премию и почётную грамоту, а в качестве главного подарка — приглашение на работу.


Как устроен быт геологоразведчиков?

Природа не выбирает, где удобнее разместить полезное месторождение, большая их часть кроется в труднодоступных районах, вдали от любой транспортной инфраструктуры, на территориях со сложным климатом и рельефом. Поэтому работа геологов — это всегда дикие условия, походный быт и противостояние природным силам.

Заброска геологом в базовый лагерь на вездеходе

Александр Колбасов/ТАСС

Группу геологов забрасывают в тайгу вертолётом или вездеходом (а бывает, что на лодках или пешком), обеспечивая всем необходимым для автономного существования. Минимальный её состав — пять человек, чаще всего работа ведётся большими отрядами из 15−20 специалистов. Геологоразведчики работают в поле минимум три-четыре месяца, а зачастую и на протяжении всего сезона, который на Дальнем Востоке длится с марта по октябрь.

Примерно посередине предстоящего разведочного участка (или в наиболее удобном месте) разбивается базовый лагерь — здесь ставят палатки (в лучшем случае балки или жилые вагончики), кухню и камеральную палатку, где обрабатываются результаты полевых работ.

Рабочий день начинается, как правило, в семь утра. Повар встаёт ещё раньше, чтобы успеть приготовить завтрак на всех. После побудки и завтрака старший партии распределяет задачи на день, и геологоразведчики выходят из базового лагеря на маршруты. К вечеру работники возвращаются тяжело нагруженные образцами пород и отправляются на ужин и в баню. Все хозяйственные обязанности по лагерю делятся равномерно — в рубке дров, носке воды и уборке участвуют все, независимо от должности.

Большая проблема — кровососущие насекомые, с нетерпением ожидающие прибытия свежей партии геологов. Борются с ними всеми доступными методами: энцефалитным костюмом, накомарниками, да даже народными средствами.


Какие опасности подстерегают геологов?

Помимо сурового климата, переменчивой погоды и обилия насекомых тайга изобилует дикими животными, которые реально опасны для человека. Встреча с медведем на маршруте не сулит ничего хорошего, и чем дальше забираются геологи, тем она становится более вероятной. Некоторые учёные шутят, что знают «в лицо» всех медведей на участках, где работают по несколько сезонов подряд, но это совсем не значит, что они рады общению с ними.

Валерий Сомов вспоминает: «Правила проведения геологоразведочных работ в советское время подразумевали, что в местах отдалённых и диких положено, чтобы в каждом отдельном подразделении, даже если на маршрут идут всего два человека, должно присутствовать оружие для защиты от диких зверей. У нас в институте было восемь ружей ИЖ-12, «вертикалок» 12-го калибра, и перед отбытием в командировку мы получали их на руки. Вместе с ружьями выдавали разрешение на ношение.

Как-то раз охотнадзор поймал меня прямо на реке в лодке во время открытия весенней охоты. Тогда удалось их убедить, что еду я по рабочим делам, а оставлять ружьё в общаге, где уже начали праздновать выходные, по меньшей мере нецелесообразно

Сейчас служебное оружие геологам не положено. Приходится обходиться фальшфейерами, ракетницами и свистками, которые помогают отогнать хищника, если он вдруг всерьёз заинтересуется людьми. Но такие случаи крайне редки — опытные геологи знают, как избежать ненужных встреч и как разойтись с медведем, если такая встреча всё же произошла.


Сколько зарабатывают геологи?

По данным портала trud.com, в 2017 году средняя зарплата российского геолога составляла около 42 000 рублей. Но этот показатель сильно колеблется от региона к региону. На Дальнем Востоке, испытывающем дефицит квалифицированных кадров, геологи зарабатывают в разы больше: в Магаданской области — до 130 000 рублей, в ЕАО — до 125 000 рублей, в Якутии — около 100 000 рублей, в Приморье — примерно 80 000 рублей. На фоне среднероссийских 35 369 рублей за тот же 2017 год цифры выглядят очень неплохо. Помимо этого, при условии успешной работы и некоторой удачи, геологи могут рассчитывать на внушительные премии по результатам полевого сезона, а также на увеличенный отпуск и различные льготы от государства, в том числе надбавки за работу в условиях Крайнего Севера.

Виктор Воног/ТАСС


Геология — это романтика или тяжёлая работа?

Профессия геолога всегда ассоциировалась с таёжной романтикой. Сплочённый коллектив, заброшенный в дикие места вдали от цивилизации, шум леса, дикие звери, потрясающей красоты восходы и закаты. Но сами геологи говорят, что после тяжёлого трудового дня такая романтика «не цепляет».

Полевая работа требует большой выносливости и физических кондиций, готовности противостоять враждебным силам природы и суровым погодным условиям — после этой каждодневной борьбы сил на романтичное созерцание окружающего мира уже не остаётся. Всё это справедливо, но отнюдь не отменяет моментов, когда можно почувствовать себя первопроходцем, настоящим путешественником и первооткрывателем. Ведь геологи работают там, где зачастую вообще не ступала нога человека, где можно достичь полного единения с природой и самим собой. Эта работа даёт колоссальный жизненный опыт и практические навыки выживания в диких условиях. А сколько историй можно привезти домой!

Рекомендуемые материалы
«Сюда людей гнали, а тут ты сам приехал»
Кто ездит за золотом на Крайний Север
Серебряные пещеры
Как добывают серебро в условиях Крайнего Севера
Империя «Дальстроя»
«Комбинат особого типа», давший стране больше тысячи тонн золота и работавший по принципу «делай или умри»